— Мы захватили с собой кое-какие игрушки. Думаю, вам будет не очень приятно узнать, что они собой представляют.
— Вы блефуете.
— Я? Ладно, сэр, позвольте вам кое-что объяснить. Я нашел способ добраться до гаража. Там мало что сохранилось. Все оборудование — металлолом, невозможно даже достать до рукоятки подъемника. Но я нашел то, что мне было нужно, полковник, и мне плевать, сколько у вас там пушек. Так вот, дадите вы нам еду или мы возьмем ее сами?
— Роланд, — быстро произнес Маклин, — приготовься к стрельбе.
Мальчишка прицелился «ингремом» на голос Шорра.
— То, что у нас есть, останется здесь, — ответил незваным гостям Маклин. — Вы можете найти себе пищу сами, как мы нашли свою.
— Там больше ничего нет! — возмутился Шорр. — Ты, сукин сын, не убьешь нас так же, как поубивал всех остальных в этой проклятой…
— Огонь! — скомандовал Маклин.
Роланд без колебаний нажал на спусковой крючок.
Автомат подпрыгивал в его руках, когда пули, как алые кометы, пересекали спортзал. Они ударили по баррикаде и по стене рядом с дверью, безумно хлопая и завывая, отлетая рикошетом.
Короткая внезапная вспышка света позволила увидеть, как человек — не Шорр — пытается перелезть через баррикаду в зазор между кучей мусора и верхом двери. Когда началась стрельба, он начал отступать, но неожиданно вскрикнул, зацепившись за проволоку на стеклах, которые разбросал Роланд. Пули настигли его, и он, дергаясь, все больше запутывался в кабеле. Крик оборвался. Рядом возникли чьи-то руки, схватили тело и потащили обратно в коридор.
Роланд перестал жать на спуск. Его карманы были полны патронов, и полковник научил его, как быстро менять обойму. «Ингрем» затих. Мародеры молчали.
— Они ушли! — закричал Уорнер. — Мы прогнали их!
— Заткнись! — предупредил Маклин.
Он увидел в коридоре короткую вспышку, как будто зажгли спичку. В следующий миг что-то горящее пролетело через баррикады, и зазвенело стекло. У Маклина было две секунды, чтобы почувствовать запах бензина, а потом «коктейль Молотова» расплескался, и через зал протянулась полоса огня. Маклин едва успел отшатнуться под прикрытие булыжника, как во все стороны полетели брызги горящего бензина. Содержимое бутылки миновало его, и когда после взрыва он поднял голову, то в пяти футах от себя увидел огненную лужу.
Роланд тоже быстро пригнулся, но маленький осколок стекла порезал ему щеку и плечо. Он втянул голову и снова выстрелил в дверной проем. Пули рикошетили от верха баррикады, не попадая в цель.
— Как тебе это нравится, Маклин? — поинтересовался Шорр. — В одной из машин мы нашли немного бензина, а еще тряпки и пивные бутылки. Их у нас много. Тебе понравилось?
Огонь пожирал стены спортзала. Но Маклина куда больше беспокоило, что Шорр и другие могли стоять за баррикадой и продолжать метать эту дрянь. Он услышал, как по завалу, блокировавшему дверь, заскребли чем-то металлическим. Несколько булыжников сползло вниз.
Вторая бутылка с бензином и горящей тряпкой влетела в зал и взорвалась возле капитана Уорнера, который укрывался за камнями, искореженной арматурой и поваленными тренажерами. Бензин разбрызгивался, как топленое сало, кипящее на сковороде. Капитан вскрикнул: в него попало стекло. Роланд стрелял из автомата по дверному проему, когда третья бутылка приземлилась между ним и полковником Маклином. Мальчику пришлось отскочить в сторону — горящий бензин попал ему на ногу. Осколки стекла осыпали куртку Маклина, один попал ему чуть выше правой брови, и голова полковника откинулась назад, как от удара кулаком.
Различный хлам, скопившийся в зале, — маты, полотенца, потолочные плитки, разодранное покрытие и деревянные панели — был охвачен огнем. Дым клубился в воздухе, насыщенном парами бензина.
Роланд снова взглянул наверх и увидел неясные силуэты, которые лезли через баррикаду. Он выстрелил, и они отшатнулись назад, в коридор. В ответ взорвалась очередная бутылка с бензином. Языки пламени опалили лицо Роланда, и мальчику стало трудно дышать. Он почувствовал жгучую боль и посмотрел на левую руку — она горела, огненные кольца размером с серебряную монету были разбросаны по всей руке. Он в ужасе закричал и бросился к ведру, наполненному водой из туалета.
Языки пламени распространялись по гимнастическому залу. Большая часть баррикады разрушилась, и Маклин увидел мародеров, входивших в зал. Шорр вел их, держа в руках ручку швабры, заточенную как копье. Окровавленная тряпка обертывала его опухшее лицо с широко раскрытыми дикими глазами. За ним шли трое мужчин и женщина. Все они несли примитивные орудия: камни с острыми гранями и дубинки, сделанные из сломанной мебели.
Пока Роланд отчаянно боролся с горящим бензином, Тедди Уорнер выполз из своего укрытия и упал на колени перед Шорром в позе мольбы о прощении и милосердии.
— Не убивай меня! — упрашивал Уорнер. — Я с тобой! Клянусь Богом, я с…
Шорр ткнул капитана заточенным концом швабры в горло. Остальные накинулись на Тедди, осыпая его пинками и ударами. На стене, как танцоры в аду, плясали тени. Затем Шорр выдернул копье из горла Уорнера и направился к полковнику Маклину.
