Роул один раз махнул хвостом влево и вправо. Этого было достаточно, чтобы разобрать ситуацию. Затем он поднялся.
— Мирл, — произнес он.
— Да?
— Я попрошу сделать для меня кое-что.
— Неужели?
— Да, — сказал он. — То, о чем я попрошу не приказ. Ты не обязана этого делать. Я могу справиться и без тебя.
Мирл посмотрела на него веселыми зелеными глазами, но ее голос оставался серьезным.
— Само собой, ты можешь, Роул.
— Это нужно было прояснить.
— Так и есть, — подтвердила Мирл.
Роул кивнул.
— Отлично. Эта проблема имеет один или два аспекта, которые ниже достоинства кошек. Необходимо рассказывать людям, что здесь происходит. Хочу попросить тебя об этом.
— Люди слишком глупы, чтобы понимать обычную речь, — сказала Мирл. — Я должна найти кого-то и почесаться об него, пока он не побежит в нужном направлении? Тогда, надеюсь, у него хватит ума заметить?
— Не должно возникнуть трудностей, — успокоил её Роул. — На деревянном корабле с высокими деревьями есть люди. Поскольку их единственная цель перевозить меня, я объявил его своим и пометил. Обратись к воину с двумя красными полосками на рукаве и довольно большой шляпой. Он не такой тупой как остальные.
— Кажется не сложно, — согласилась Мирл.
— Но важно, Мирл, — тихо сказал Роул. Он пристально посмотрел на нее и повторил, — очень важно для меня.
Мирл откинула голову.
— Ты мне доверяешь это сделать?
Роул фыркнул.
— Это подходящая задача для Вибриссы. А я принц. И у меня есть дело для принца.
— И что же за дело? — полюбопытствовала Мирл.
— А разве это не очевидно? — Роуз поднялся и величественно направился в нужный туннель. — Я собираюсь покорить Девять Когтей.
— Каждый человек должен быть вооружен и одет в броню, — сказал Гримм Криди, только ступив на палубу. — Каждый, мистер Криди, кроме Джонимена и его наемных рабочих. Они пусть продолжают работать на корабле.
— У нас чуть больше половины снаряжения из того, что было перед первой атакой, сэр, — сказал Криди, быстрым шагом следуя рядом с Гриммом. — И если появится целый батальон аврорских пехотинцев…
— Значит важно поймать их в туннелях, чтобы они не смоли использовать свое преимущество против нас.
Криди немного побледнел, но кивнул.
— Да сэр. Это улучшает дело. Немного. Но даже так…
— Расслабьтесь, Байрон. Я не собираюсь биться с ними насмерть. Мы просто подтвердим их присутствие — всего лишь разведка боем. Их охрана, очевидно, достаточно хороша, чтобы поймать даже того, кто наизусть знает местные туннели, вроде неудачливого дезинсектора, путешествующего в одиночку. Я хочу найти их, но не хочу попасть к ним в лапы как тот бедный парень.
— И когда мы найдем их, сэр?
— Ведем бой достаточно долго, чтобы получить представление об их численности, разрываем контакт, оставляем посты в туннелях, через которые они могут сбежать и запрашиваем подкрепление у Шпилеарха. Разделите экипаж на группы по пять человек, назначьте им командиров и донесите до командиров задачу. Выполняйте.
Криди стремительно отсалютовал.
— Да, капитан. — Затем он резко развернулся и направился в трюм, где большинство членов команды спали, либо работали над переоборудованием систем «Хищника», выкрикивая приказы на ходу.
Гримм прошествовал к своей каюте, снял плащ с плеч и посмотрел на раненую руку. Все сводилось к тому, подумал он, что ему могут понадобиться обе руки и наруч в следующие несколько часов и он в любом случае устал от проклятой неудобной перевязи. Поэтому он забросил её подальше в угол и на пробу согнул руку.
Болело, но совсем не так сильно как он ожидал, ощущения был необычные — тянущее чувство, словно каждый мускул в его предплечье невыносимо свело судорогой и только сейчас начало отпускать. Он поморщился и потер запястье, но решил, что рука, даже если она несовершенна и неудобна, в порядке. Не медля, он открыл запертый шкаф, закатил рукав и нацепил наруч. Раны под повязками болели, но обмотки из ткани не окрасились алой свежей кровью. Это было уже кое что.
Гримм накинул капитанский китель, нахлобучил шляпу и вышел из каюты, сразу заметив людей, собирающихся на палубе. Он повернулся направо и увидел, как сэр Бенедикт сидит перед дверью больничной каюты мистера Багена. Он подошел к молодому гвардейцу и кивнул.
— Ферус там?
Бенедикт кивнул в ответ. Его неестественные золотые глаза были пустыми.
— Они уже заканчивают.
— Как там мисс Ланкастер?
— Они не сказали, — тряхнул головой Бенедикт.
Гримм поджал губы и снова кивнул. Баген был не из тех врачей, чтобы трепаться о том, чего он не знал. Человек, который предпочтет промолчать, а не питать ложные надежды тех, кто ждет новостей о перспективах его пациентов. Впрочем, он никогда не скрывал плохих новостей.
— Тогда есть надежда, сынок, — сказал Гримм. — Если бы она умирала, Баген так бы и сказал.
Бенедикт выдавил слабую улыбку и с благодарностью кивнул. Выражение беспокойства не покинуло его лица, но напряжение спало.
