— У меня суперспособность гадить по-крупному. Они заражены, значит их можно выбивать партизанской тактикой, сжечь запасы топлива и продовольствия, отравить воду цианидом, помещения хлоркой, вывести из строя аппаратуру, подбивать технику. В сущности, мне не нужно их убивать, а только испортить жизнь настолько, что они не смогут продолжать движение.
— И всё один?
— Ещё пара пацанов присоединится. Вот, тебя думал позвать.
— Я свой ответ уже дал. Но я искренне болею за тебя и твою затею. И если всё так, как ты говоришь, то свой негатив тоже отзываю, как и требование доли в находке.
— Долю дадим, к чему нам столько техники, — отмахнулся я. — И вообще спасибо, что смотался. А тут здесь, по-твоему, произошло? У меня есть своя теория, но любопытно было бы послушать тебя.
— Двое, — ответил он. — Их было двое. Когда два человека вместе, между ними возникают конфликты. Трое — это более устойчивая формула. Судя по тому, что их трупы не сожраны, они попали сюда уже после вымирания всех мышей и крыс, например, ближе к июню. Что-то не поделили. Раз машина тут, второй тоже, того, откинулся.
— Я нашёл, — в подтверждение его слов в помещение вошёл задумчивый Кипп. — Ещё один мужик лежит на боку на кроватке, которую он сам себе соорудил. Весь почернел.
— Болезнь? — удивился я. Ситуация под болезнь не подходила.
— Ага. Острое клинковое заражение в брюшную полость. Насколько я увидел, печень не пострадала, крепко задет кишечник. Мужик частично разделся, перевязался, рядом распотрошённая аптечка, принял антибиотики, кровосвёртывающее, обезболивающее и парацетамол. Ирония в том, что парацетамол разжижает кровь и это ускорило его смерть. Умер, вероятно, не приходя в сознание.
— Билли Бонс мёртв, — серьёзным голосом произнёс Проводник.
— Упокой, Господи, его душу, — вторил я и мы с ним ухмыльнулись.
— Чего? Какой Билли? Это из «Острова сокровищ»?
— Больше скажу, эти классический набор фраз. Ладно. Записку покойный оставил?
— Нет, не оставил.
— Вот что за люди, никогда не оставляют! Я в детстве играл в игру про чужих и десантников, там была куча записок, а в реальности их нет. Ну что? Если не брезгуешь, обнеси того усопшего, особенно на предмет ключей.
— Уже. Вот ключ, есть ещё кое-какое барахло, — он замялся. — Пистолет нашёл, ПЯ. И считаю его своим трофеем!
— Мне всё равно, — пожал плечами Проводник.
— Мне тоже. Ты, наверное, уже понимаешь, Кипп, к статусу заключённого ты больше не вернёшься. Как бы дальше не пошло. Тебе предстоит некоторое количество выборов и действий, но оружие у тебя никто не отнимет. Для нас с Тимуром это уже пройдённый этап — коллекционирование стволов.
— Ага. Двадцать семь, — буркнул Тимур. — Оружие не гарант выживания. Будем машинку проверять?
Я открыл кабину и полез внутрь. Буквально полез, чтобы попасть туда пришлось карабкаться по ступеньке, кабина как у КАМАЗа, если говорить про высоту. Кабина была достаточно просторной, угловатой и утеплённой.
Две двери впереди, одна позади. Два кресла спереди, позади зона, где кресла были повернуты как в автобусе, лицом друг к другу. Там даже был небольшой откидной столик. Эдакое купе. В целом транспорт компактный, но крутой. Надеюсь, двигатель не жрёт соляру как крейсер на марше.
Вставил ключ, повернул. Результата не было, приборная панель даже не зажглась.
— Глухо как в танке, — с разочарованием сказал я. — С другой стороны, они же на нём до этого места доехали сюда, верно?
— Открывай капот, — предложил Проводник. — Наверное от пустого стояния на месте аккумулятор сел. Снимем, попробуем подзарядить от снегохода на холостых.
— А ампераж и вольтаж?
— Тут я помогу, — с некоторой гордостью влез в разговор Кипп. — Соединение не к основным клеммам, а к промежуточным на часть банок. Что? Я читал много книг в свободное от попыток не сдохнуть время.
— Будет здорово, если мы эту бандуру запустим, — я стал спускаться из кабины и чувствовал себя как Винни Пух из советского мультфильма, который лазал по деревьям и иной раз с них с шумом падал. — Доедем с ветерком. Ну и кстати, тут есть посуда и даже мангал, остатки пищи. Короче, геологов жалко… не знаю уж, что они там не поделили. Дело прошлое. Главное, чтобы у нас всё срослось. Отогреем Вадима… Думаю, на войну он тоже не поедет. Его бы сначала подкормить.
'Во тьме ночной все тяжелей дорога,
Хотя совсем недавно я в пути.
Куда иду, спросить бы мне у Бога,
И загорятся ли опять огни?'
О. В. Бердслей
— Что ты делаешь? — сквозь ветер спросил меня Кипп.
— Как что, Киппыч? — я орудовал киркой и лопатой. Рядом был и мой топор, но его марать мне не приходилось. Лопата была всё та же, для зерна и тем не менее дело двигалось и прямоугольная яма глубиной «на штык» уже была готова.
— Могилу копаю, одну на двоих.
— Нафига?
Мы находились в ветровой тени здания и даже там ветер бушевал серьёзно.
— Там лежат два трупа, которых, согласно их документам, зовут Евгений Давидович Шамей и Владимир Бондаренко, отчество не читается.
— Ну? Эти придурки убили друг друга.
