- По сведениям нашей разведки,- сказал Монд,- несколько дней назад фьорды Северной Норвегии тайно покинул германский тяжелый крейсер "Адмирал Шеер". Наши самолеты потеряли его из виду, и мы не знаем, где он находится сейчас.
Я немедленно поставил в известность руководство Северного флота и отправил на остров Диксон А. И. Минееву телеграмму, в которой сообщал, что, возможно, на арктических коммуникациях появится вражеский рейдер, и требовал принять меры предосторожности. Штаб сразу же оповестил об этом все суда в море и береговые полярные станции.
Но рейдер уже находился в это время в Карском море.
18 августа "Адмирал Шеер" пришел в район мыса Желания, затем направился к западному побережью полуострова Таймыр. Он выбирал себе путь с помощью самолета, базировавшегося на борту. С этого же самолета 19 августа был обнаружен караван из девяти транспортных судов и двух ледоколов, вышедший с Диксона. Ко\Гандир "Адмирала Шеера" приготовился нанести удар по каравану, но в это время, как часто случается в Арктике, пал густой туман и гитлеровцы потеряли из виду наши корабли. Не удалась и вторая атака на караван, так как менаду рейдером и советскими кораблями оказался сплошной тяжелый лед. Сам рейдер едва не оказался в ледовом плену и поспешно отошел в западную часть моря.
Фашистам до зарезу нужны были сведения о ледовой обстановке в Карском море, о местонахождении наших караванов. Эфир молчал, и фашисты решили захватить какое-нибудь советское судно. "Адмирал Шеер" отправился на юг, к архипелагу Норденшельда, где шла судоходная трасса от Диксона к проливу Вилькицкого, и здесь, недалеко от острова Белухи, встретил "Си-бирякова".
25 августа в 11 часов 25 минут команда "Сибирякова" заметила вражеское судно в свободном от льда районе. Рейдер на всех парах пошел к советскому кораблю, стремясь отрезать ему путь к берегу.
Капитан Качарава дал команду повернуть и идти полным ходом под прикрытие островов Белухи и Предолговатого. Но старая машина "Сибирякова" - наибольшая скорость судна составляла всего 8,5 узла - не могла соревноваться с могучими дизелями тяжелого крейсера мощностью 54 тысячи лошадиных сил. Крейсер развивал скорость до 26 узлов...
Боевую мощь обоих кораблей нельзя даже и сравнивать. "Адмирал Шеер" был вооружен орудиями для боя с тяжелыми броненосцами и крепостной артиллерией, а сибиряковцы имели всего четыре пушки для защиты от надводных атак вражеских подлодок и от самолетов. Убедившись, что от врага не уйти, капитан решил принять бой и первым открыл огонь.
Гитлеровцы полагали, что, оценив мощь тяжелого крейсера, команда советского парохода спустит флаг и сдастся в плен. Враги просчитались команда "Сибирякова" осталась до конца верна своей Родине.
Неравный бой продолжался недолго. В этом сражении наши моряки и полярники проявили необычайное мужество и чудеса храбрости. Они знали, что идут на верную смерть, но не дрогнули.
С каждой секундой шансы на спасение корабля уменьшались, и капитан тщетно искал выход из сложившегося положения. Потерявший скорость пароход был прекрасной мишенью для мощной артиллерии "Адмирала Шеера", и гитлеровцы в упор расстреливали беззащитное судно.
Команда и пассажиры принимали поистине героические меры, чтобы погасить пожар, сохранить плавучесть корабля и его ход. На верхнем мостике около капитана почти все были ранены или убиты. Вскоре упал и Качарава, тяжело раненный.
До гибели "Сибирякова" были считанные минуты, когда оставшиеся в живых 18 моряков, взяв своего лежавшего без сознания капитана, спустились в шлюпку. Они пытались уйти к берегу, но были схвачены подошедшим с рейдера катером. При этом гитлеровцы расстреливали из пулемета беззащитных людей, державшихся за обломки судна, а кочегара Матвеева застрелили в шлюпке. Сибиряковцы не спустили советского флага. Их корабль, растерзанный тяжелыми снарядами, ушел в морскую пучину с реющим флагом. Сто четыре человека были па борту "Сибирякова". 18 человек попали в плен, в том числе тяжело раненный А. А. Качарава. Остался в живых и миновал плена один кочегар Н. И. Вавилов. Фашистская пуля обошла его. Он долго плавал в студеной воде, потом заметил шлюпку и сумел добраться на ней до острова
Белухи, прожил на этом необитаемом клочке суши 34 дня. Вавилова увидел и снял с острова Иван Иванович Черевичный. От Вавилова мы узнали о трагедии в Карском море и страшной судьбе команды "Сибирякова".
Капитаны западного каравана, узнав от штаба Минеева о появлении врага, проявили должную бдительность, не стали мешкать, смело двинулись в льды и прорвались в море Лаптевых. О том, как это произошло, можно судить по выписке из судового журнала ледокола "Ленин" за 25 августа 1942 года.
