- Это Стивен Кинг «Сияние». Роман, полный ужасов и мистики, между прочим.
Мне тоже захотелось прочесть этот роман, и я бы точно взяла книгу у своего тренера, если бы наш самолёт вдруг резко не качнуло. Когда во всём салоне выключился свет, из хвоста самолёта раздался чей-то вопль и тут же затих, перерастая в душераздирающий крик.
- Сохраняйте спокойствие! - Раздался громкий голос стюардессы, стоявшей около кабины пилотов. - Нас просто немного потрясло и это вывело из строя работу аккуму…
Самолёт качнуло из стороны в сторону ещё раз, и я даже не сразу осознала, что полный ужаса крик, раздавшийся в салоне, принадлежал мне. В полнейшей темноте нас встряхивало и трясло настолько сильно, что кричала уже не только я.
Самолёт трещал по швам; сумки с полок над сидениями валились на пол; люди, не успевшие пристегнуться ремнями безопасности к своим сидениям, в ужасе хватались за всё, что попадалось им под руку. В салоне загудела сирена, пока я сжимала руку Амона, в надежде найти в нём спасение. Корпус самолёта накренило вперёд и все вещи из хвоста самолёта, упавшие на пол, повалились вперёд на нас.
- В чём дело? Амон, что происходит?! - В панике шептала я, умирая от страха.
Гёт обхватил моё лицо обеими руками, повернув к себе и заглянув мне в глаза.
- Я не знаю, но всё будет хорошо. Всё будет хорошо, - он чётко проговаривал каждое слово, пока наш лайнер пикировал вниз.
Всё ещё цепляясь одной рукой за своего тренера, я обхватила другой пассажирское кресло прямо перед собой, и прижалась к нему, в надежде избежать сильной тряски, которой подвергался наш самолёт. Почему пилоты ничего не предпринимают? Почему все бездействуют, отправляя нас на гибель. Куда делась стюардесса? Почему она ничего нам не говорит? За иллюминаторами, как и в салоне, было темно, когда из каких-то отсеков над нашими головами вывалились маски для дыхания в зоне турбулентности.
Трясущимися руками я, с трудом отслонившись от кресла впереди себя, натянула на себя кислородную маску. Лишь сделав глубокий вдох, я поняла, насколько разряженным стал воздух в салоне. Получается, в прошивке борта самолёта образовалась щель. Или у корпуса авиалайнера оторвало хвост. Или пилоты заснули. Или нас захватили террористы. Или мы просто неуклонно падаем вниз. О Господи!
Оглянувшись по сторонам, я увидела полные первобытного ужаса лица людей, закалённых спортсменов, которые летя на олимпиаду, попали в чрезвычайное положение. Где эта чертова стюардесса? Почему она нас не спасает?!
Ничего не происходило. Самолёт, полный спортсменов, был брошен на произвол судьбы. Кто-то, не надев кислородную маску, кричал; кто-то обнимался; некоторые били кулаками по иллюминаторам, за которыми тёмное небо пожирало наш лайнер.
Обернувшись к Амону, я просто смотрела на него, возможно в последний раз. Я помнила черты его лица до мельчайших подробностей, но наслаждалась ими ещё и ещё.
Всё не может вот так просто закончиться! Не может!
Я попыталась сказать тренеру о своих чувствах, но дурацкая маска на лице превратила мои слова лишь в слабый гул, который поглотил громогласный крик окружающих нас людей.
Будто читая мои мысли, Амон притянул меня к себе. В его надёжных объятиях, посреди всего этого хаоса, я не была готова встретить смерть. Но мне ли это решать? Люди способны принимать самостоятельные решения, влияя на судьбу, но влиять на смерть они никогда не будут в праве.
Уткнувшись в могучую грудь Амона, я закрыла глаза, стараясь не думать о том, с какой высоты мы сейчас упадем, и в каком виде найдут наши тела. Я действительно старалась гнать прочь от себя эти мысли, но не могла. Горькие слёзы потекли из моих глаз, пока наш самолёт, полный никчемными людьми, падал вниз.
Эпилог
8 лет спустя
Я всегда удивлялся и удивляюсь этой женщиной до сих пор.
Моя бывшая подопечная, в настоящем жена Элизабет не опустила руки после той страшной авиакатастрофы в 2014-ом году, в отличие от других выживших, и помогла мне в борьбе с моим недугом. На том рейсе на олимпиаду в Сочи летело чуть более двухсот человек, выжило из них только семеро. В прессе ещё долгое время после аварии мусолили эту тему, но к конкретной причине крушения самолёта так прийти и не смогли. Всё что мы знаем, так это то, что птица залетела в двигатель самолёта, тело которой и повлекло за собой столь страшную трагедию. Более двухсот человек погибли по вине птички? Это было бы смешно, если бы не было так грустно.
Семь выживших спасли российские службы МЧС, которым поступила информация из космоса, что крушение авиалайнера произойдёт на конкретной территории близ Лесной поляны. Наш самолёт не горел, поэтому его не пришлось тушить пожарным, что облегчило работы спасателей. К сожалению, многие люди погибли сразу при падении, не было не единого шанса спасти их. Когда меня вытащили из самолёта, а точнее из груды того, что от него осталось, я был на грани сознания и даже смутно осознавал, что меня спасают.
