Что она почувствовала в тот день около леса? И чего испугалась собака? Что за черная туча ей снилась? И туча ли это или же что-то другое? Что? Почему приснившаяся ей мама была такая реальная, а ее кожа такая
Ей точно стоит смотреть поменьше фильмов ужасов.
Пускай эти вопросы и загораются в ее голове время от времени, но самый главный не перестает, как неисправная лампочка мигать яркими вспышками в центре ее сознания.
Он появляется, стоит ей закрыть глаза. Он настолько силен, что даже вытеснил собой кошмары. В отличие от остальных, его игнорировать она не может и, если быть честной, не особо хочет.
Каждый раз, перед тем как пойти домой, она подходит к больничной койке, целует Клавдию в щеку и, на мгновение, замерев над ней, движимая какими-то давно забытыми детскими инстинктами, будто веря, что если она вложит в свой голос максимум желания, бабушка проснется и ответит ей, шепчет:
– Просто объясни мне. Я хочу знать, объясни мне, пожалуйста.
Почти до крови прикусив нижнюю губу, Хэвен все же заставила себя взять лежащий на краю парты лист с заданиями. У нее было почти две недели на подготовку к тесту, но за это время желание заниматься так и не пришло. Одним из многих ее минусов была абсолютная неспособность учиться тогда, когда она этого не хотела. А не хотела она этого практически всегда.
Кончик карандаша больно впивается в кожу ладони. Хэвен сверлит взглядом лист с заданиями, но вдруг ловит себя на мысли, что уже несколько раз подряд читает одну и ту же строчку.
Часы в классе тикают так громко. Это ее раздражает.
Она со свистом втягивает воздух сквозь стиснутые зубы. Завалить ее первый тест в новой школе (и далеко не самый сложный) точно не входило в ее планы.
Позади нее раздается тихий смешок. Хэвен оборачивается и натыкается на хитрую ухмылку Камиллы. Девушка нарочито медленно поднимает листок с выполненными заданиями и кладет его на край парты. Сидящий рядом с ней Тайлер, ее парень, что-то шепчет ей на ухо, зарывшись носом в ее густые черные волосы и незаметно для всех касается пальцами молочной кожи на внутренней поверхности ее бедра.
Хэвен отворачивается от них. Эта избалованная, недалекая, самоуверенная девчонка не должна ее волновать.
Но почему же волнует?
Она ходит чернее тучи до предпоследнего урока и почти не разговаривает с Иви. Хэвен не хочет, чтобы новая подруга на нее обиделась, но не может заставить себя поддерживать беззаботные беседы, когда она так расстроена из-за утреннего теста по истории. Еще один минус в ее копилку недостатков.
Предпоследний урок – искусство живописи, и все ждут его с нетерпением, так как вместо скучных замен миссис Ридли с ее вечными натюрмортами, наконец-то возвращается мистер Дженкинс. Хэвен общего воодушевления не разделяет.
Она видела мистера Дженкинса пару недель назад, когда он заходил проведать его любимых учеников, и хоть Иви и пообещала, что он ей понравится, пока что сама Хэвен не была в этом уверена. Учителей она не любила всех без исключения как в своей старой школе в Нью-Йорке, так и в новой в Стрэнджфоресте и была уверена, что ее мнение на этот счет изменить будет непросто.
Мистер Дженкинс входит в класс под восторженный шепот и начинает урок с шутки, которая кажется Хэвен совершенно нелепой, хотя все вокруг громко смеются.
Ее это отталкивает еще сильнее.
– Ты говорила, что он был болен? – спрашивает она у Иви, чтобы хоть как-то начать разговор, а заодно проверить, обижена ли она.
Но Иви с азартом шепчет, приблизив губы прямо к ее уху:
– У него был рак, не знаю, какой именно, да и никто не знает, знаю только, что он лечился химиотерапией, и ему стало лучше. Он снова к нам вернулся, мы были так рады, а потом однажды он потерял сознание прямо во время урока, и его увезли в больницу. Наверно, у него начались какие-то осложнения или что-то вроде того, нам никто ничего толком не объяснил. Потом он уехал куда-то из города почти на три месяца, а недавно вернулся.
– Интересно, где его вылечили?
Хэвен сама удивилась, что спросила об этом. Иви пожала плечами.
– Какая разница? Главное, сейчас с ним все хорошо, и он снова с нами, – она приобняла ее за плечи. – Тебе он понравится, обещаю!
«Ох, не стоит обещать того, чего не сможешь выполнить», – думает Хэвен.
