— Тогда, я полагаю, вам в будущем следует внимательнее относиться к безопасности своего дома. Итак, вы застали его за…
— Прошу прощения, ваша светлость, он среди прочих стоял на площади и наблюдал за развитием событий, когда я заметил его, а потом убил.
Взглядом герцог дал ему понять, что он неправильно излагает факты, и внес поправку:
— Когда вы неожиданно вернулись домой, Фокстолла там уже не было: смешавшись с толпой, он дожидался своего шанса.
Дариена удивил ход мыслей герцога, но не стал его перебивать. Если герцог Йовил сможет связать все в один небольшой узел и похоронить его, он не станет возражать.
— Вы увидели Фокстолла, заметили чувство вины за сделанное на его лице, бросились к нему, намереваясь представить его перед лицом закона. Он начал бешено сопротивляться, и у вас не оставалось иного выхода, кроме как защищаться, что и привело к трагической развязке.
— Нет, я набросился на него, чтобы убить за то, что он сделал с Теей, но если ваша история кажется более правильно, пусть так и будет.
Герцог кивнул, изучающе глядя на него ледяными глазами. Насколько Дариену было известно, герцог никогда не служил в армии, но в этот момент он мог бы заставить бежать самого Веллингтона, чтобы скрыться от этого гневного взгляда.
— Есть что-нибудь еще относительно этой помолвки? — спросил он сурово.
— Нет, ваша светлость. Она заявила это лишь для того, чтобы защитить меня.
— Случившееся вряд ли улучшит репутацию вашей семьи.
— Да, ваша светлость.
— Но если Тея при свидетелях объявила о вашем обязательстве, в особенности не в самом лучшем виде, безопаснее оставить все как есть, хотя бы на какое-то время. Очень удачно, что мы как раз собрались уехать из Лондона. Тея и герцогиня вернутся в Лонг-Чарт, и никто не сочтет это чем-то необычным. В соответствии с вашими радужными планами вам захочется отправиться в свои поместья, чтобы попытаться привести их в порядок, ради собственного будущего.
— Конечно, я так и сделаю, — сухо сказал Дариен. — Но занимая место в парламенте, мне придется остаться здесь до конца сессии, сэр.
По крепко сжатым губам герцога можно было понять, что ему хочется поскорее избавиться от нависшей угрозы, но он тем не менее согласился:
— Конечно. Когда шумиха уляжется, Тея разорвет помолвку с вами. Сомневаюсь, что кого-нибудь это удивит.
Поклонившись, Дариен вышел из комнаты и направился на переднюю половину дома, надеясь, что сэр Джордж не дождался его, чтобы гневно осудить еще раз. Терпение Дариена почти истощилось вне зависимости оттого, насколько справедливыми были осуждения.
Вместо соседа он увидел Фрэнка, который держал в руках его жакет. Дариен даже не осознавал, сколь неподобающе одет.
Брат протянул ему жакет.
— Герцогиня велела передать его тебе и сказала, что леди Теодосии уже намного лучше, поэтому она ждет тебя с визитом завтра утром пораньше, до того как они уедут в Сомерсет.
Увидев кровавые пятна на ткани спереди, Дариен не удивился острому запаху крови, когда надел жакет, но даже он не мог перебить тонкий аромат духов Теи.
— Она явно еще не поговорила с герцогом.
Дариен двинулся к передней двери, которую распахнул перед ними внимательно прислушивавшийся к их разговору лакей, и спросил, когда они вышли из дома:
— Что там насчет властей?
— Судья настоял на осмотре Кейв-хауса, что было вполне разумно, но там ничего не оказалось, кроме беспорядка в спальне, и все-таки он хочет поговорить с тобой и с леди Теей. Скандальный сэр Джордж отчаялся найти какой-нибудь повод, чтобы распять тебя. А что, в доме действительно нет слуг? Он подозревает, что ты специально их услал.
Дариен покачал головой.
— Остался только конюх. Другие сбежали, прихватив то, что оставалось от фамильного серебра. Нам надо туда вернуться.
— Нет, не надо: нас могут там ждать, — да и к чему жить в таком месте. Неподалеку несколько вполне приличных постоялых дворов.
— Откуда ты знаешь? — удивился Дариен.
— Лакей сказал.
— Вот как просто! Но мне нужны мои вещи. Твои-то где?
— Уже на постоялом дворе. Я не был уверен, что ты все еще живешь в этом доме. Кстати, почему ты не переехал?
— Даже не знаю.
— У тебя кровь на сорочке. Ты ранен?
Дариен, наконец, вспомнил, как сабля Фокстолла скользнула по его боку, и потрогал саднящее место.
— Ничего серьезного.
Поддерживая под локоть, Фрэнк повел брата за собой.
— Пойдем, а твои вещи заберем позже. Сейчас тебе нужно поесть, хорошенько выпить и поспать или хотя бы посидеть в тихом спокойном месте.
— В твоем присутствии это возможно? — засомневался Дариен, но неожиданно, несмотря на несчастье, потери и боль, почувствовал себя лучше. — А что насчет твоей Миллисент?
— Миллисент? О, это все в прошлом. Она оказалась настолько безвольной, подчинившись запрету отца, что у меня даже возникло чувство вины за то, что принимал мишурный блеск за истину. Кроме того, адмирал отправил меня в морское патрулирование. На прощание она прислала мне залитое слезами письмо, но когда я отходил, уже обворожительно улыбалась какому-то капитану.
Дариен согнулся от смеха.
