— А ш-што? — пьяно ухмыльнулась Инна. — Не каж-ждый день застаешь муж-ж-жа в обществе двух юных красоток. — Конечно, я вчера напилась. А утром мне было уж-ж-жасно плохо. И чтобы встать, приш-ш-шлось выпить пива.
Мариша поморщилась. Все эти жужжания и шипения были заразительны.
— А потом? — тихо, но с угрозой прошипела на ухо Инны Мариша. — Что ты пила потом?
— То, что наливали, — не стала лукавить Инна. — Каж-жется, это была водка.
— Пиво плюс водка, — ахнула Мариша. — Ну, теперь понятно, почему ты в таком состоянии.
— Я в норме, — неожиданно здраво возразила ей Инна. — Скоро все гости будут в таком же состоянии, если не хуж-же.
Споткнувшись, она едва не упала.
— Это же поминки! — торжественно закончила она.
— Вот именно, — затащив Инну в свою машину отечественной сборки, произнесла Мариша. — Поминки, а не свадьба. Нельзя же так напиваться. Я тебя умоляю, постарайся держать себя в руках.
Инна пообещала. И на протяжении всей дороги до ресторана, где родные Антона решили устроить поминки, не проронила ни слова. И вроде бы даже слегка протрезвела, так что Мариша вздохнула с некоторым облегчением. Но в ресторане Инна снова расчувствовалась. И не успела Мариша и глазом моргнуть, как она уже опрокинула в себя целую стопку водки.
— Что ты делаешь? — испугалась Мариша.
— Подумать только, — всхлипнула в ответ Инна. — А ведь этот парень вполне мог бы стать моим мужем и отцом моих детей. И я была бы с ним так счастлива!
— Простите, я с вами не согласна, — произнесла сидящая рядом с Инной высокая бледная девушка с прозрачными голубыми глазами и длинными, спадающими вдоль узкого лица белыми прядями волос.
Подруги удивленно посмотрели на нее. Этой гостьи не было на кладбище. Она единственная из всех, кто явился, не в трауре. На ней был бледно-розовый костюм и прическа, залитая лаком с блестками. Честно говоря, такой вид больше подошел бы для праздничного застолья с подругами или поклонником, но никак не для поминальной трапезы.
— Простите, — повторила девушка. — Но у Антона уже есть ребенок. И другие претенденты на наследство нам с сыном не нужны!
— Как? — прошептала Мариша, не сводя глаз с девушки. — Разве и у Антона был ребенок?
— Да, — кивнула девушка. — И я его мать!
— Чья мать? — поинтересовалась сидящая рядом с бледной девушкой упитанная тетка.
Девушка объяснила. Тетка ахнула. И не прошло и пяти минут, как новость облетела всех присутствующих. Дошла она и до матери Антона. Женщина побледнела, поднялась со своего места и подошла к блондинке в розовом платье, которая с невозмутимым видом резала на части поминальный блин и отправляла в рот крохотные, смоченные медом кусочки, подчеркнуто не замечая поднявшейся среди гостей волны возмущения.
— Я не знаю, кто вы такая, но прошу вас уйти! — дрожащим от волнения голосом произнесла мать Антона, вытянувшись в струнку перед блондинкой.
— Вот еще! — хмыкнула та. — Я мать вашего внука, и мой ребенок является наследником первой очереди. Я свои права знаю. И никуда не уйду!
Вся эта тирада была произнесена нарочито громким голосом, чтобы уж ни у кого из присутствующих не осталось и тени сомнения, что блондинка находится тут при своих правах.
— Прошу вас, девушка, тише! — умоляюще прошептала мать Антона, оглядываясь на своего старшего сына в поисках поддержки.
Он уже спешил к ней.
— Не знаю, кто вы такая. Но убирайтесь! — злобно прошипел он. — У моего брата не было жены. А следовательно, и детей!
— Верно, — кивнула девушка. — Мы с Антоном не были женаты. Но я достаточно настрадалась от него, пока он был жив. И теперь не упущу возможности повеселиться на его похоронах! Если бы я могла, то сплясала бы прямо на его могиле. Но, пожалуй, лучше всего то, что мой ребенок, а вместе с ним и я, унаследуем часть нажитого Антоном богатства.
— У Антона не было детей! — возразила мать Антона. — Он бы мне сказал!
— А это вы видели?! — произнесла девушка, доставая из сумочки и протягивая ей какой-то лист бумаги.
Изловчившись, Мариша перегнулась через дремлющую Инну и заглянула в бумагу. Это была ксерокопия свидетельства о рождении. Мариша успела прочитать имя ребенка. А также то, что отцом его в самом деле признавался Антон Владимирович Ко-рыстов. Последние сомнения у Мариши отпали. У нее, но не у матери Антона.
— Этого не может быть! — без сил опустилась на стул мать Антона.
И в ее взгляде, который она устремила на мать своего внука, можно было прочитать любые эмоции, кроме радости и удовольствия от обретенной невестки и внука. Нет, мать Антона явно была не в курсе похождений сына. Однако она все же сумела сделать хорошую мину. Все же показанный ей документ сделал свое дело.
— Вы должны меня простить, — холодно, но безупречно вежливо произнесла она, обращаясь к своей «невестке». — Все это так неожиданно. Антон никогда не упоминал о вас. Поэтому вначале я не поверила вашим словам. Но если документально все подтвердится, то вы и ваш ребенок будете приняты в нашу семью.
