За неделю своего визита Элизабет постоянно видела Роберта Дадли – ей позволили посещать уроки вместе с принцем и его знатными товарищами. В классе Роберт особо не блистал.
– Зачем мне учить греческий? – проворчал он, пользуясь временным отсутствием доктора Коукса и кладя перо.
– Чтобы ты мог стать гуманистом [9] и изучать труды древних, – ответил Эдвард.
– Я бы лучше покатался верхом, – сказал Роберт, будучи завзятым лошадником.
– Это понятно, я тоже люблю кататься верхом, – заметила Элизабет. – Но мне нравится и учиться, особенно история и языки.
– С вами все ясно, миледи: вы девочка, и вам не обязательно учить все то, что полагается юному джентльмену, – покровительственно ответил Роберт.
– Уверяю вас, мастер Роберт, я изучаю то же, что и вы! – горячо возразила Элизабет.
– Что, и географию, и государственное управление, и классику?
– И это, и многое другое, – гордо заявила она. – И я обожаю каждую минуту уроков.
– Как это возможно? – буркнул Роберт.
– Тсс, – прошипел Генри Брэндон. – Доктор Коукс услышит.
– Он пошел по малой нужде, – ухмыльнулся Гастингс. – Прошу прощения, миледи.
Элизабет улыбнулась. Ей нравились грубые разговоры мальчишек.
– Сестрица, ты же не собираешься становиться королем Англии, – заметил Эдвард. – Зачем все это учить, если ты просто выйдешь замуж и будешь растить детей, как все девочки?
– Я не выйду замуж! – пылко воскликнула Элизабет. – Никогда!
– Еще как выйдешь, – безмятежно парировал принц.
– А вот посмотрим! – вызывающе бросила она.
– Если отец прикажет, тебе придется подчиниться, – самодовольно проговорил тот.
– Это мы еще поглядим!
– Хотел бы я поглядеть, как это у вас получится, – встрял Роберт.
Мальчики рассмеялись.
– Он отрубит вам голову! – заорал юный Генри Брэндон.
К его удивлению, внезапно наступила тишина. Пятнадцать пар настороженных глаз неловко уставились на рыжеволосую девочку, хмуро сидевшую в конце длинного стола.
– Ладно, – сказала Элизабет, быстро опомнившись. – Может, лучше вернемся к занятиям? Кажется, доктор Коукс идет.– Вы вправду так считаете, миледи Элизабет? – спросил Роберт Дадли, поравнявшись с Элизабет.
Девочка вышла на короткую утреннюю прогулку по окружавшему Эшридж лесу в сопровождении Бланш Перри. Было холодно, изо рта летел пар. То был последний день ее визита.
– О чем вы, мастер Роберт?
– О том, что вы говорили вчера, – будто никогда не выйдете замуж. – (Элизабет вдруг увидела в его взгляде странное сочувствие.) – Вы вправду не подчинились бы королю, если бы он приказал?
– Да, – ответила она. – Я отказалась бы. Отец меня любит и никогда не заставит силой что-либо делать.
Роберт с сомнением взглянул на нее:
– Может, он захочет выдать вас за именитого принца или лорда ради какой-то собственной выгоды. И тогда вы не сможете отказаться.
– Смогу, даже если меня пообещают самому императору! – пылко возразила Элизабет. – Я терпеть не могу замужество.
– Мой отец утверждает, что брак – наш долг, – сказал Роберт. – Он говорит, что устраивает все наши браки ради политики или государственной пользы.
– Все?
– У меня много братьев и сестер, некоторые старше меня, – объяснил Роберт. – Полагаю, мне тоже когда-нибудь придется жениться. Но до этого еще далеко, мне всего десять лет.
– Мне тоже, – подхватила Элизабет.
– Что ж, через два года вас могут выдать замуж, – предупредил Роберт.
– Ни за что, – упрямо ответила она.
