Как бы мне ни хотелось ещё немного поболтать, на демагогию не было времени: мне нужно было как можно скорее вернуться в лагерь и заняться координацией войск. Пытаясь воспользоваться мимолётной минутой спокойствия и тишины, я потянула руки вверх и с наслаждением зажмурилась от согревающих меня солнечных лучей. Впервые за последние месяцы я была уверена, что то, чего мне так не хватало в Мёртвых Землях, не будет пытаться меня убить… некоторое время.
Жестокое и кровопролитное сражение, впоследствии названное Гальтонской Жатвой, унесло бессчётное множество жизней. Служители Солнечного Императора бились подобно львам. Они свято верили в то, что их поражение ознаменует гибель известного им мира, потерю их домов и семей, а также их религии и культуры. Но сердца воинов моего альянса также были полны решимости и веры.
Властитель Природы оказался последним серьёзным препятствием на пути к нашей победе. Без поддержки его разрушительной магии давитанцы вскоре оказались в меньшинстве, потеряли боевой дух и принялись отступать. Мои войска были истощены и понесли огромные потери, но даже так им удалось взять значительные силы противника в окружение, а затем вынудить их капитулировать.
Дорога на Гальтон оказалась открыта. Столица Великого Королевства была обескровлена, а её немногочисленные оставшиеся защитники не имели возможности остановить продвижение столь могучего войска. Толстые стены стены огромного города пустовали, а потому даже в штурме не было необходимости.
Вместе с рыцарями смерти и своими приближёнными соратниками я первой вошла в ворота Гальтона. Местные жители с ужасом смотрели на марширующих по их улицам мертвецов, орков и воинственных северян, запирали двери и затворяли окна, а некоторые и вовсе в экстренном порядке собирали вещи и спешили уйти из столицы Великого Королевства.
К радости давитанцев и к негодованию многих моих солдат, я строжайше запретила разграблять город и его окрестности. Орочьи вожди пытались мне рассказать о «ценности» традиции «сбора трофеев» и пленения рабов, но я прямо им ответила, что мне глубоко наплевать на устоявшиеся правила; в моём войске подобного хаоса и бессмысленного насилия не будет. Если орки и северяне хотят благополучно существовать в мире на территории Давитана, то пускай начинают привыкать к новой жизни уже сейчас.
Естественно, после всего случившегося никто не посмел мне возразить. Одни боялись повторить судьбу Гардараха и пасть в немилость Угруку, других больше смущала перспектива обратиться покорной мне нежитью, а третьи воспринимали моё слово как нерушимую волю нового абсолютного владыки или и вовсе какого-то божества.
Моё воинство протянулось через весь Гальтон от ворот до королевского дворца в самом сердце столицы. Большинство стражников покинуло свои посты ещё до моего появления, а те немногие, кто решили стоять до конца, быстро были схвачены моими солдатами. Погибли лишь единицы.
Что это? День великого траура или великого триумфа? Полагаю, единого мнения на этот счёт быть не может. Но историю пишут победители, и именно победителям предстоит решать судьбы людей. Я отчётливо чувствовала, как ответственность, что лежит на моих плечах, становится с каждым днём всё тяжелее и тяжелее, отдаляя меня от столь желанной беззаботной жизни.
Королева Кинамора. Владычица Мёртвых Земель. Повелительница северных племён. Вождь орочьих племён. Королева Великого Королевства Давитан. Я примеряла на себе эти титулы, тщательно взвешивая тяжесть каждого. Сколько ещё существ умрёт или будет спасено в результате моих действий и принятых мною решений?
Я размышляла над этим, пока ступала по роскошным коридором дворца, направляясь к тронному залу. Двое до смерти перепуганных стражников выпучили глаза при виде Сиахсиса и возглавляемых им зловещих рыцарей смерти, летающего черепа, паладина-отступника и гигантского орка с не менее гигантским топором. Тщетно пытаясь унять дрожь в коленках, стражники отворили передо мной массивные двери так, будто я заявилась к себе домой.
Роскошный зал, увешанный красно-желтыми гербами и знамёнами, не был таким пустым, как другие помещения дворца. Вдоль ведущей к трону ковровой дорожки выстроились закованные в латы паладины Солнечного Императора, за которыми ежились дворяне, не успевшие вовремя слинять. На роскошном троне в окружении нескольких советников восседал обыкновенный мальчишка, одиннадцатилетний ребёнок. Золотая корона на его голове чуть съехала на бок, а красная королевская мантия больше походила на скомканный плед, чем на предмет изысканного гардероба.
Выдержав небольшую паузу, которая показалась всем присутствующим в зале целой вечностью, я уверенным шагом направилась к трону, попутно разглядывая тех, кто стоит рядом с ним.
