— Джуди, ты в порядке? Ты… как-то уж слишком спокойна. Я думал, ты дорожишь Тарагвироном.
Нет! Я не в порядке! Я не спокойна! Помоги мне! Я…
— Хватит уже кричать, — холодный голос Тарагвирона внезапно зазвучал сразу отовсюду. Кир никак на это не отреагировал и, судя по всему, не услышал лича. — Придётся пока запихнуть тебя поглубже.
Весь мир вокруг внезапно устремился куда-то вдаль, а я начала тонуть в пучине пустоты и отчаяния. Здесь… было холодно. Здесь было одиноко. Здесь было невыносимо печально. Это моя печаль? Или же это глубины души Тарагвирона?
Едва-едва я ещё улавливала голос Кира вместе с моим собственным голосом. Кажется, рыцарь продолжал задавать вопросы и выражать беспокойство и подозрение, а терпение лича постепенно иссякало. Кир был в огромной опасности…
Глубина души? Душа. Сила магии зависит в первую очередь от силы души. Тарг солгал, когда сказал мне, что боится выпускать мою душу из-за риска фатального отторжения. Ему нужна моя магия, а для контроля над ней ему нужна моя душа. Моя душа — это единственное, что я ещё могла контролировать, но вот она технически может контролировать аркану. Нужно лишь задать аркане эффект и форму.
Эмоции — вот самый неочевидный компонент магии. Сильные эмоции могут разрушить заклинание на корню или же, напротив, преумножить его силу. Именно эмоции и чувства заставляют души мёртвых возвращаться обратно в мир живых по собственной воле. Но для полноценного контроля над арканой нужно что-то ещё.
Разум. Я понимаю, как именно протекают потоки арканы, когда я использую слова и жесты. Я знаю, как устроена магия и её законы. Без крепкого интеллекта и багажа знаний магия становится непредсказуемой и опасной. С ними же аркана превращается в точный, универсальный инструмент. Но и вместе с разумом эмоций будет недостаточно.
Последний компонент магии, который у меня ещё не отобрали — это сила воли. Именно воля приводит аркану в движение. Многие маги, игнорируя недостаток знаний, применяют заклинания с помощью силы воли, наитивно делая необходимые жесты и произнося отдалённо подходящие слова. Некоторым таким самородкам даже удаётся превзойти тех, кто обучался владению арканой десятилетиями.
Итого, у меня есть воля, разум и эмоции. Это… уже что-то. Из этих компонентов не сделать сложного или мощного заклинания. Эти компоненты могут дать аркане максимально простое направление и максимально примитивную форму… Но большего мне и не надо.
Аркана подчиняется мне и моей душе. Она будет подчиняться и впредь. Я сфокусировалась на бурливших во мне эмоциях и чувствах. Страх, обида, гнев, желание жить и переживание за судьбу Кира, как и всех моих друзей, смещались в то ещё варево, из которого я начала извлекать по одному компоненты, чтобы задать аркане направление.
— Что ты пытаешься сделать?! — прогремел отовсюду голос Тарагвирона. — Если ты думаешь, что я не смогу сделать твоё существование ещё хуже, то ты глубоко заблуждаешься! Я…
Форма. Форма для заклинания. Форма для души. Простая и примитивная, с толикой теневой магии. Как только заклинание было завершено, я применила его и тут же устремилась прочь из пустоты, прочь из израненной души лича. Мои органы чувств все разом замолкли, и через мгновение я перестала существовать.
Сперва ко мне вернулось осязание магии. Я чувствовала, как плыла в неиссякаемых потоках арканы, как была частью их самих, частью необъятной, невероятной энергии. Но затем я отделилась, чтобы обрести новую оболочку.
Затем ко мне вернулось зрение: я увидела полный недоумения взгляд Кира и полный ярости и ужаса мой собственный взгляд, что был украден Тарагвироном. После зрения вернулся слух.
— …ня здесь творится?! — воскликнул Кир, сжимая в руках меч и щит. — Джуди, что это?!
— Это… — растерянно пробормотало моё тело, в срочном порядке пытаясь найти правдоподобное оправдание. — Это душа Тарагвирона! Тарагвирон ещё жив!
Другие чувства ко мне не вернулись. Я осмотрела свои руки и убедилась, что стала тенью. Но в отличие от большинства теней, я полностью сохранила своё сознание и личность.
Времени на то, чтобы освоиться с новым телом, у меня не было: Кир направился в мою сторону с оружием наперевес. Я попыталась с ним заговорить, но мне удалось издать лишь протяжный хрип. Речь у теней была устроена совсем иначе, чем у живых людей, а интуиция лишь мешала мне освоиться с чужеродной оболочкой. Похоже, иного выбора, кроме как бежать, у меня нет.
— Джуди, подсвети его! — воскликнул Кир. — Я не могу его разглядеть!
— От тебя нет никакого толку, — проворчал Тарагвирон моим голосом.
Точно. Кир же не видит в темноте. И с чего это вдруг я должна бежать из собственного дворца? Да ещё и от собственного тела?! Нет… Эту проблему нужно решить здесь и сейчас.
У меня всё ещё не было возможности произносить заклинания, однако теперь я могла жестикулировать. Взмахнув своими полупрозрачными руками, я подхватила потоки арканы и провела их через своё тело, а затем высвободила в виде телекинетической волны.
