— Полегче, здоровяк. Я пришла увидеть Иста. — Прохожу мимо него и иду к бару. Я оглядываюсь через плечо, а тот парень, Викинг, смотрит мне вслед. Признаю, он горяч, и понимаю, откуда у него такое имя: светлые волосы и борода, придающие ему вид воина. Не говоря уже о его татуировках и большом росте.
Я уже почти подхожу к Исту, когда он оборачивается, прожигая меня взглядом. Он сдвигается и соскальзывает с табурета, и, спотыкаясь, подходит ко мне.
— Тебя здесь не должно быть, — рычит он на меня.
— Тебя не было дома. Думала, что найду тебя здесь.
— Сейчас ты не можешь быть здесь.
— Что? Почему?
— Нам надо поговорить, — лепечет он.
— О чем?
— Я не хочу говорить здесь, Уилла Мэй. — Он качает головой, затем щиплет себя за нос.
— О чем ты хочешь поговорить, Ист? Ты меня пугаешь. — Я чувствую на себе взгляды и понимаю, что нам нужно уединиться.
— Пойдем наверх, сейчас же. — Его голос такой холодный, что пронзает мое сердце. Схватив меня за руку, он тянет меня к лестнице, и я иду за ним. Чувство ужаса охватывает меня. В животе у меня словно образовался камень.
На лестничной клетке музыка стихает, и Ист поворачивается ко мне, прижимая меня к стене.
— Я облажался, — говорит он.
— И как это понимать?
— Я соскучился по тебе, детка. — Он наклоняется ко мне, прижимаясь своими губами к моим с привкусом алкоголя. Мой живот горит, и я приникаю к его груди.
— Ты пьян.
— У меня был тяжелый день, но ты можешь сделать его лучше. — От его страсти и холодности я вся дрожу. Его крепкие руки сжимают мою попку, его мучительные губы проводят по моей шее. Легко потеряться в нем. Поддаться его воле. Его поцелуи становятся настойчивыми, почти отчаянными. — Ты нужна мне, детка. — Скользнув рукой по спине моего свитера, он пытается расстегнуть лифчик.
— Остановись. Нам нужно поговорить. У меня сегодня был интересный телефонный звонок.
— Черт, — бормочет он. Опускает голову, и в уголках моих глаз собираются слезы.
— Так это правда, Ист?
— Что тебе сказала Алекса?
— О! Боже мой. — Мои слезы вырываются на свободу. — Так это правда, — кричу я, и он не отрицает обвинения. Я в неверии трясу головой. Это неправда. Это не может быть правдой.
— Это не было запланировано. — Он гладит меня по щеке, вытирая слезы, и мне хочется умереть на месте. — Я не хотел так
тебе об этом рассказать.
— У Линн будет твой ребенок, — произношу я слова, каждое из которых глубоко режет меня.
— Это не то, что ты думаешь.
— Замолчи. Я не хочу больше ничего слышать.
— Все не так.
— Ну хорошо, Ист. Не терпится услышать. Расскажи мне, как все было, потому что я вижу, что ты обрюхатил свою бывшую девушку.
— Я никогда ее не любил. Никогда не хотел с ней ничего серьезного. Она это знала. Ты это знаешь. Ты знаешь, как я к тебе отношусь.
— Правда? В последнее время ты только и делал, что звонил мне, когда хотел трахнуться.
Его лицо бледнеет.
— Секундочку, черт возьми. Я никогда… ни разу не относился к тебе как к шлюхе. Не говори так со мной. Только не со мной.
— Потому что все знают о нас, верно? Все знают, что ты мой мужчина. Я беззлобно смеюсь, вытирая слезы.
— Ни разу я не обращался с тобой как со шлюхой.
— Истон? — зовет женский голос. Мы оба поворачиваем головы, и вот она. Линн, ее живот выпирает, руки потирают арбузообразный живот. Светлые волосы обрамляют ее лицо. Боже, как я ее ненавижу. — Что она здесь делает? Уилла Мэй, твоя мама знает, что ты здесь?
— Не твое собачье дело. Я совершеннолетняя.
— Я думаю, что все, что связано с отцом моего ребенка — мое дело. Я не понимаю, почему он продолжает заботиться о тебе. Тебе пора двигаться дальше, девочка, чтобы он мог позаботиться о своей настоящей семье.
Я моргаю и выдыхаю. Даже не знаю, что ей сейчас ответить. Она понятия не имеет, что он был со мной несколько месяцев. Что он любит именно меня. Что я, скорее всего, ношу его ребенка. Мне хочется сказать ей об этом и увидеть выражение ее лица, но я не могу. Как бы мне ни хотелось стереть с ее лица самодовольное выражение, знаю, что мне лучше уйти отсюда.
— Хватит, Линн. Ты не имеешь права говорить от моего имени, — вклинивается Ист, и я качаю головой.
— Трус, — бормочу я себе под нос.
— Что в ней такого, что заставляет тебя все время бежать к ней, Ист?
Я смотрю на нее и смеюсь.
— Ты правда хочешь знать?
— Уилла Мэй, не сейчас, — огрызается он.
— Я ухожу. — Я собираюсь уйти, и Ист хватает меня за руку, пальцы впиваются в кожу. — Не трогай меня, Ист. Ты только что потерял все права. Наслаждайся своей жизнью со своей настоящей семьей.
— Ты ее трахал? — вскрикивает Линн, и Ист отпускает меня. Я пробегаю мимо нее. Да пошло оно все. К черту Линн и к черту Истона Рида. Я слышу, как они спорят позади меня. Но не могу слушать, как он пытается задобрить ее и лжет о нас. Он сказал, что он мой мужчина, но он все еще трус.
Спустившись вниз, натыкаюсь на стену из мускулов. Викинг усмехается и смотрит на меня.
— Где пожар?
— Мне нужно выбраться отсюда. Извини. — Он смыкает вокруг меня руки, словно заключая меня в клетку.
— Я отвезу тебя, куда ты захочешь.
