— Почему ты не женат? — Мэдди сама от себя не ожидала этого вопроса и в ужасе хлопнула себя ладонью по губам. Джейс рассмеялся, прежде чем ответить.
— Это было первое, что спросил комитет по найму, когда я подал сюда документы, — сказал он с ухмылкой. — Ты им подсказывала вопросы из-за занавески?
— Нет, меня там не было, — Мэдди фыркнула. — И не думай, что я не заметила, что ты аккуратно обошел вопрос.
— Я сказал комитету, что был постоянно занят и не смог найти себе женщину, которая могла бы вытерпеть то, что я постоянно занят.
Она отнеслась к объяснению настороженно.
— Это правда?
— Один вариант, — он улыбнулся.
Она тоже улыбнулась.
— А другой?
— Брак меня не устроит.
— Почему бы и нет?
— Я живу ради своей работы. Если не считать пациентов, я никогда не отвечал ни за кого, кроме себя.
— Но ты можешь изменить это, если…
— Я не хочу что-то менять.
Его приверженность своему делу не стала для Мэдди неожиданностью, а вот убежденная позиция холостяка стала.
Профиль Джейса был жестким, но резкий тон смягчился.
— Я начал изучать медицину с отцом, когда мне было шестнадцать лет. Не потому, что это было его желание, а по настоянию моей матери. Мне нравилось земледелие, я хотел попробовать фермерство. Но мать ухватилась за медицину, потому что она знала, что это была моя единственная надежда хоть как-то сблизиться с Мерриком-старшим.
Несмотря на то, что он произнес эти слова очень ровно, Мэдди могла слышать печаль, порожденную пренебрежением отца.
— О, Джейс.
— Быть врачом — это ответственность. Непоколебимая преданность делу. Мой отец однажды сказал мне, что мужчина может быть либо хорошим мужем, либо хорошим врачом, но не одновременно. В конце концов, у него не вышло ни то, ни другое.
Джейс замолчал, колеблясь.
— И я не совершу ту же ошибку.
— Но тебе никогда не бывает одиноко?
Он покачал головой, отводя глаза.
— Мне есть, чем занять свое время.
Мэдди моргнула, тоже покачав головой.
— Есть разница между скукой и одиночеством.
Он повернулся к ней лицом.
— Не для меня.
Джейс сосредоточился на багги, закрыв тему, но его слова задержались в ее разуме — в ее сердце. Она отмахнулась от своего безосновательного разочарования. Брак не был вариантом для Мэдди. Так почему же ее так беспокоило отвращение Джейса? У нее не было ответа. Она знала только, что никогда не сможет его заполучить, и полагала, что от мысли, что он не достанется другой женщине, ей должно было стать спокойнее.
Как только они прибыли в раскидистую рощу на холме с видом на мерцающее озеро, слуги, обслуживающие пикник, начали распаковывать еду. Тем временем гости расселись на одеялах.
Мэдди и Джейс заняли тенистое место под высоким дубом. Эбигейл и Битси сидели неподалеку, рисуя пейзажи. Гертруда избавила Мэдди от своих оскорблений, отправившись с Люсиндой и Долли к роще, чтобы собрать цветы. Мэтью направился за ними, поигрывая веткой, которую подобрал по пути.
Мэдди наблюдала, как Мэттью подошел к Долли, затем взял ее за руку, регулируя положение маленького зонтика от солнца над ее головой. Слово «внимательный» тут не подходило. Мэттью просто контролировал ее — как будто она сама не могла понять, мешает ей солнце или нет.
Нахмурившись, Мэдди обратила свое внимание на Джейса, который уже с удовольствием устроился на одеяле. Пиво и кларет3 были поданы, и через какое-то время мужчины решили поиграть в подковы4.
Даниэль проверил расстояние между кольями, которые вбили в землю Генри и Лестер, а затем направился к Мэдди и Джейсу.
— Нам нужен еще человек для игры, доктор Меррик.
Джейс вопросительно посмотрел на Мэдди.
— Если, конечно, вы сможете друг от друга оторваться, — по тону Даниэля было непонятно, шутит он или злится. — Уверен, Мэдэлайн не станет возражать.
Скрестив руки на груди и переступив с ноги на ногу, он уставился на Джейса с выражением самодовольства на лице.
Даниэль и в подметки Джейсу не годился, и Мэдди слишком хотела позволить ему доказать это всем собравшимся. Она широко улыбнулась и обратилась к своему «жениху».
— Иди, дорогой, — сказала она, со значением сжав его руку. — Я буду смотреть отсюда.
Джейс подыграл ей:
— Я не задержусь надолго, — сказал он, сжав ее пальцы в ответ.
Она благодарно улыбнулась, наслаждаясь их игрой гораздо больше, чем должна была. Щеки Даниэля покраснели, пока он наблюдал за их нежностями, и Мэдди почувствовала удовлетворение.
Затем Джейс повернулся к ней, а не от нее, и, к удивлению Мэдди, поднес ее руку к своим губам. Коснувшись губами перчатки, он посмотрел Мэдди в глаза, и намеренно задержался так, заставив ее задрожать от головы до пят. Мысли о Даниэле и их игре испарились. Она словно потерялась в голубых глазах Джейса, поглощенная страстью.
Джейс поднялся, отпуская ее руку, стянул с себя пальто и бросил его на одеяло рядом с ней. Она вздохнула, наблюдая за ним. Держась уверенно, он прошел мимо Даниэля и направился к импровизированной площадке для игры. Генри и Лестер ждали его: подковы в одной руке, кружки пива в другой.
— Эти двое пьют пиво, док, так что у нас есть преимущество, — приветствовал его Генри.
