Я недоуменно нахмурилась, пытаясь понять, почему он так странно со мной разговаривает. Последнее, что помнила, были хлопоты с елкой. Шарики я успела повесить до полудня, остальное не могло растянуться надолго. Ужин в семь. Эстас Фонсо, конечно, способен быстро менять настроение на противоположное, это я знала по опыту первой ночи, но сейчас для этого не было предпосылок!
Супруг будто прочитал мои мысли и сподобился на объяснение:
— Вы не приходили в себя больше двух суток.
— Что? — выдохнула я, беспомощно распахнув глаза.
Он кивнул пару раз для убедительности и укорил:
— Вам стоило сказать мне, что у вас с собой нет противоядия. Средства, помогающего побороть отравление, которое вызывает зелье восстановления магической силы.
— Я не думала, что оно понадобится, — попытка оправдаться звучала глупо, но не могла же я сказать, что ни за что не стала бы признаваться в слабости навязанному мужу! Тем более относившемуся ко мне так отрицательно, как Фонсо всю неделю.
— Выпив три пузырька зелья резерва? — скептически поднял бровь командир. — Даже я, не маг, знаю, что оно ядовитое. Заподозрить вас в беспечности я не могу.
— Хорошо, что умений господина Дарла хватило, чтобы приготовить лекарство, — я попыталась увести разговор чуть в сторону.
Фонсо был по-своему прав, и мне совсем не нравилось чувствовать себя провинившейся ученицей, которую отчитывали за закономерную и легко предсказуемую оплошность.
— Он его не готовил, — глядя мне в глаза, командир покачал головой. — Как вы верно сказали, свежесделанное в опасные дни года зелье только навредило бы. Кроме того, господин Дарл не маг-алхимик. Чтобы создать такое лекарство, нужен дар. Более того, господин Дарл не маг-лекарь. Он хороший врачеватель, но неодаренный. Он даже не распознал ни крайнее магическое истощение, ни отравление зельем, пока Джози ему не сказала. Вы могли очень серьезно заболеть.
Фонсо подвел неутешительный итог и выглядел при этом так, будто мое здоровье ему было хотя бы умозрительно небезразлично. В совокупности с ярко выраженным укором в интонациях отчитывающего меня навязанного мужа это раздражало. Словно я была зарвавшейся дурочкой, не умеющей рассчитывать силы, а не опытным магом, предвидевшим все сложности, но вынужденным подвергать себя опасности.
— Я раньше принимала такие зелья, — жестко ответила я. — Я знала, на что иду, и соразмерила риски. Да, я бы провалялась неделю в постели, приходя в себя после отравления. Оно не вечное, оно проходит. Но если бы я не защитила крепость полностью, пусть и ценой отравления, на нее бы уже напали сущности. Учитывая то, сколько крови пролито в ущелье, сущности были бы злы и многочисленны, а я к сегодняшнему дню уже была бы мертва. Лучше уж ядовитое зелье!
Он открыл было рот, чтобы возразить, но передумал и только досадливо мотнул головой. Стало неловко из-за того, что я так не к месту разошлась. Командир и лекарь наверняка испугались, сообразив, что не представляют, как помочь заболевшей некромантке. Решив, что в такой ситуации извинения не будут лишними, вздохнула и посмотрела в глаза супругу.
— Милорд, я понимаю, что вы волновались. Мне жаль, что так вышло, — я постаралась добавить в голос хоть сколько-нибудь раскаяния. — Я устала чуть больше, чем рассчитывала, и не успела объяснить вам, что происходит. Но это был оправданный риск. А другого выхода у меня не было. Работу некроманта никто не может сделать за меня.
— Вы правы, — хмуро кивнул командир. — Работу некроманта вам разделить не с кем. Но я мог помочь иначе. Еще в начале недели я мог послать гонца в Астенс.
Я удивленно вскинула брови.
— Там живет маг-алхимик, — пояснил супруг. — Он готовит зелья для мага-лекаря. В том числе и то, которое помогает при отравлении. Я привез лекарство из Астенса два часа назад, а можно было подготовиться заранее.
Я потупилась. В душе признательность за заботу и очень дорогое лечение боролась с желанием напомнить командиру, что в начале недели он мне явно не верил и точно не захотел бы помогать. Напоминание вывело бы беседу на новый виток взаимных обвинений, а мне не хотелось устраивать ссору.
— Леди Россэр, — нарушил недолгое молчание муж. — Я понимаю, что первая неделя была трудной и не дала вам оснований довериться мне.
Он говорил сухо, бесстрастно, а я порадовалась тому, что удержала язык за зубами.
— Надеюсь, что в будущем мы сможем лучше понимать друг друга, — продолжал он. — Вы верно сказали, что Ее Величество изменила правила игры. Не только моей, но и вашей тоже. Прошу, пожалуйста, подумайте вот над чем. Хотите вы этого или нет, но теперь вы не только виконтесса Россэр, но и госпожа Фонсо. Об опасностях для вашей жизни и здоровья я должен знать заранее.
Я промолчала, ошеломленная неожиданным «госпожа Фонсо». Такое же неприменимое ко мне слово, как и «мачеха»!
— Джози тоже за вас очень волновалась, я скажу ей, что вы проснулись, — командир встал.
— Милорд, — окликнула я, когда он уже приоткрыл дверь. — Спасибо за лекарство. Я очень признательна вам за хлопоты и сожалею о доставленных неудобствах.
