Вот дракон поднял голову, и я заметила блестящие дорожки на его щеках. Он плакал? Я слышала, что слезы разных существ способны совершать потрясающие вещи, например фениксы с их помощью могут исцелять, а русалки привораживать. Но про драконов никогда такого не упоминалось. Ох, не прост Градра, очень даже не прост…
— Поспеши, и постарайся продержаться под водой как можно дольше, — напутствовал меня дракон и сев на пол, сложил ноги перед собой и закрыл глаза, словно медитируя.
Разжав пальцы и позволив плащу соскользнуть с плеч, я решительно подошла к озеру и замявшись на пару секунд, шагнула в воду. Я не смогла сдержать крика, потому что ногу словно сковало льдом, а потом опалило жидким огнем. Но мне пришлось мысленно уговорить себя сделать ещё один шажок, погрузившись в озеро уже выше щиколоток. Легкие волны, поднятые мной, скользнули по глади озера и с шелестом ударились о кости дракона. Может мне и показалось, но вода словно засветилась голубым светом и немного согрелась.
Так плохо мне было только раз в жизни, когда я, в попытке спасти Дара, забрала его энергию и умерла. Сейчас моё тело так же нещадно терзала боль, я словно горела заживо в ледяной воде, но хоть и могла прекратить это, шагала дальше, а волны уже облизывали плечи и грудь. Сделав глубокий вдох, я зажмурилась и присела, полностью погрузившись в озеро. Я не знала, чего ждать, но ничего и не происходило. Хотелось бросить всё и выбежать на берег, надеть одежду, ещё хранившую моё тепло, и вернуть к Дару, чтобы он сгорел меня в объятьях.
Точно, Дар… Если я не верну магию, не смогу его впредь защитить. А если Двойной попытается напасть на меня, мой любимый может пострадать, пытаясь предотвратить это. А Карма, он тоже в опасности, как и мои друзья. Я не могу и дальше оставаться бесполезной, не ради себя или богов, а ради дорогих моему сердцу. Как только я осознала это, внутри словно появился огонёк, согревающий тело и душу. Мне больше не было холодно, как и пропало чувство внутренней пустоты, появившееся после исчезновения магии.
Но тут в нос хлынула вода, и я поняла, что уже долгое время провела без воздуха, хотя до этого не особенно увлекалась подводным плаванием, как и плаванием вообще, разве что в ванне от бортика к бортику дрейфовала. Вырвавшись из озера, я с кашлем принялась отплевываться и дышать одновременно. Почти наощупь выбралась из озера, и на меня тут же накинули согретый каким-то образом плащ. Завернувшись в теплую ткань и дрожа всем телом, я прислушивалась к себе и поняла, что действительно чувствую отклик энергии, хоть и слабый.
— Нужно возвращаться, так как ты совсем плохо выглядишь, — услышала я Градру и закивала, судорожно икая. — Одевайся, давай, и так почти что обморожение заработала. Хорошо, что это озеро не простое, а то могла бы уже умереть от переохлаждения.
— Звучит вдохновляюще, — стуча зубами, ответила я и встав, побрела к одежде.
Спасибо хоть, что Градра высушил мне волосы и сгорел дыханием одежду, а то я бы совсем превратилась в мороженое. И так еле двигаю ногами, хвала озеру, уже не болевшими и полностью исцеленными. Выбравшись в первую пещеру, дракон принял свой истинный облик и помог крылом мне забраться на его загривок, как и сам напомнил привязаться снова шарфиком.
Как только я негнущимися пальцами закончила с узлом, Градра выполз из пещеры и осторожно расправив крылья, взлетел. На этот раз полет был намного более плавным и спокойным, за что я была весьма признательна дракону. Ещё одной сумасшедшей поездки я бы не выдержала. Прижавшись щекой к шипу перед собой, я поняла, что засыпаю, и ничего не могу с этим сделать. Постепенно веки отказались подниматься, взбунтовав против меня, а сознание уплыло в Мир сновидений.
Я проснулась рывком, словно вновь вынырнула из озера, и часто дыша огляделась, не понимая место своего нахождения. Не знакомая мне спальня, небольшая, но достаточно уютная и главное — здесь очень тепло благодаря камину, в котором посапывает огненный дух. Но что я здесь забыла? И что со мной, собственно?
Откинув толстое одеяло, я с ужасом уставилась на свои ноги, перебинтованные от колена до талии. Неужели опять поранилась о чешую? А руки? Ладони покрывали повязки, пропитанные чем-то сильно пахнущим. Но кто меня лечил, и что собственно произошло после того, как я заснула? Убедившись, что на мне вполне приличная длинная рубашка, явно мужская, я сползла с кровати и преодолевая боль, проковыляла к окну. Ну что же, кажется это здание общежития педагогов, только почему я не в палате?
— Я бы не советовал тебе ещё ходить, если хочешь поскорее поправиться, — раздался высокий голос за моей спиной. — Хотя, тебя бы лучше вообще к кровати привязать, чтобы не влипала в неприятности с такой периодичностью.
