В том, что нас уже ищут, сомнений не возникало. Возвращение Осени не прошло мимо внимания общественности. Торговцы газет на улицах активно выкрикивали названия заголовков с этой новостью, прохожие возбужденно обсуждали невероятные события и искренне поражались произошедшему. После тишины и спокойствия заснеженной глуши большой и шумный город стал напоминать разворошенный муравейник.
В людях расцветала надежда, и это обнадеживало. Все уже соскучились по Осени, а потому встретили известие, скорее, с радостным предвкушением, нежели разочарованием. Приятно осознавать, что нас ждали и по-прежнему любили.
Однако все это не отменяло необходимости вести себя с предельной осторожностью. За ширмой всеобщей радости и поздравлений, можно было услышать споры о политике и обсуждения противостояния Лета и Зимы. Разговоры о грядущей войне теперь добрались и до Эльтереса, и это не могло не тревожить.
В передвижениях по городу, а также в поиске нужной информации очень помогали связи Глеба и Филиппа, особенно после того, как выяснилось, что сын лорда Февральского теперь на стороне оппозиции и поддерживает политику Летнего Двора.
На самом деле, это было не совсем так. Мы никого не поддерживали, а, как и прежде, стояли особняком, не желая вмешиваться в конфликт. Но нашим временным и таким необходимым в данный момент союзникам, конечно, об этом знать не следовало. Да и если бы нам пришлось выбирать из двух зол, то уж точно не Леонарда с его варварской политикой.
В библиотеке Эльтереса мы провели несколько дней, узнали много интересных подробностей из истории страны, но ничего полезного для нашего дела так и не нашли. Казалось, наши надежды на то, чтобы что-нибудь вызнать, были наивными и бессмысленными. Проще было действовать другим путем: хитрее — проникнув в ближайшее окружение короля, тщательно собирая слухи и сплетни и выбирая среди них только самое ценное, или наугад — отправиться прямо в Зимний Двор, спрашивать людей о необычных проявлениях магии или странных вещах, замеченных в природе…
— Точно! — воскликнул Глеб, когда мы выходили из библиотеки, обсуждая дальнейший план действий. — Странные вещи! Вы ведь говорили, что Январь, сохранивший память, пусть скованный и скрытый каким-то непонятным образом, должен быть самым сильным магом в нашем королевстве. Его сила по сути должна кормить магией весь Зимний Двор. И в особенности, королевский дворец, где Леонард, как известно, чувствует себя максимально сильным, практически неуязвимым даже перед силами Лета.
Мы все остановились на крыльце большого и красивого здания библиотеки, и обратили все внимание на Глеба.
Тот повернулся к Инне и сказал:
— Помнишь историю, которую нам как-то рассказывала моя мама?
— Которую из? — с улыбкой спросила она. — Твоя мама разные сказки любит.
— Про ледяной сад, в котором всегда царят глухая ночь и жестокие морозы...
Слово «мама» неприятно царапнуло внутри, но я отмахнулась от этих ощущений. Конечно, речь шла о Катерине, и умом я понимала и принимала факт того, что именно она является полноправной законной и биологической матерью Глеба, именно такого, который стоит передо мной сейчас. Я бы и не хотела, чтобы было иначе, однако моя магия и душа были с этим не согласны.
Неосознанно я повела плечом и заметила, как перед моим лицом пролетел маленький ярко-желтый листик, сорвавшийся с зеленой березы, под которой мы стояли. Пока никто ничего не заметил, я быстро поймала его и сжала в кулаке.
Глеб и Инна повернулись на мое движение.
— Всего лишь муха! — поспешно объяснила я.
Они кивнули и продолжили говорить, а Филипп насмешливо взглянул на меня и мягко улыбнулся. Уж от него-то точно ничего не укрылось.
Пока Глеб предлагал всем вместе съездить в поместье родителей и убеждал нас, что это будет безопасно, несмотря на то, что лорд Артур скорее всего не поймет ни наше поведение, ни странную связь всех нас четверых, ни особенно присутствие знаменитой леди Осень в его доме, а также лорда Филина Июньского, я почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд.
Испуганно обернулась, одновременно поправляя платок на волосах и пряча все лишние прядки, успевшие выглянуть наружу, и увидела того, кого уж точно никак не ожидала встретить не только здесь, но и вообще в жизни.
— Лана… — потрясенно шепнула я, отказываясь верить своим глазам, и направилась в ее сторону.
Бывшая подруга выглядела уже не такой цветущей, как прежде. Она скромно стояла у нижней ступени, взволнованно переминаясь с ноги на ногу и оглядываясь по сторонам. Чаще всего ее взгляд обращался к повозке, расположенной на противоположной стороне улицы, возле которой шумно беседовало двое представительных лордов.
— Здравствуй, Софи! Так и знала, что это ты! Как я рада!.. Не могла не узнать… — сбивчиво залепетала она, как только я подошла.
Она, казалось, и правда была рада меня видеть. Ее изумрудно-зеленые глаза сияли, а губы растянулись в улыбке. Вот только улыбка была с оттенком грусти и сожаления, а в глазах стояли слезы.
— Привет, Лана, — тихо сказала я и замолчала, не зная, что теперь говорить, и как себя вести.
