Пока меня не было дома, прилетал магический вестник от Авроры. В присланной записке были время и адрес. Мол, к такому-то часу надо быть там-то. И внизу приписка. «Я за тобой сама заеду. Еще не хватало, чтобы ты пешком шла, как какая-то крестьянка. Жди меня на полчаса раньше указанного срока. Оденься. Накрасься».
И вот попробуй поспорь с этой женщиной! Я свою бабушку считала упрямой. А тут вообще упрямство бьет ключом.
В общем, остаток дня прошел скучно и как-то тоскливо. Я уже и не рада была ни будущему отбору для кронпринца, ни чаепитию, ни встрече с новой родственницей – ничему.
На следующее утро я осталась дома. Надо было подготовиться к чаепитию. Хотя спрашивается, что там готовиться? Платья мои все равно не подходили для подобных случаев. Найра Ольгерда привезет обновленный гардероб дня через три-четыре. Потому и выезжать в свет я буду в старье, давно вышедшем из моды. Разве что накраситься. Так у меня и косметики под рукой почти не имелось. Так, кое-что из того, что подарила Алантариэль. Она все переживала, что я хожу на работу в затрапезном виде, а должна очаровывать клиентов. Ну и подарила эльфийскую косметику. Я накрасилась один-два раза и забыла о подарке.
Вот теперь настало его время. Тушь, две губных разных цветов, пудра, тени, карандаш для глаз – все было вытащено на свет. И вручено служанке. Она заявила, что Аврора приказала ей меня накрасить и сопроводить вниз к нужному времени.
Я не спорила. Приказала так приказала. Поеду в старом платье, зато с яркой помадой на губах. Главное – пережить это чаепитие и показать Авроре, что я готова вести светскую жизнь. И заниматься отбором невест для Родерика, конечно, тоже.
К назначенному времени я вышла из дома и одетая, и накрашенная.
Аврора ждала меня в карете. Лакей услужливо открыл дверцу. Я залезла внутрь, уселась на сидение. Карета тронулась. Лошади зацокали подковами по мощенной камнем мостовой.
– Добрый день, – вежливо поздоровалась я.
– Боюсь, что уже нет, – проворчала Аврора, щелкнув пальцами.
Полутемное пространство кареты осветилось магическим огоньком. Он сорвался с пальцев Авроры, подплыл ко мне и прилежно показал, во что я одета.
– Ты хочешь всю знать напугать своим старьем? – язвительно поинтересовалась Аврора.
– Так нет ничего другого, – пожала я плечами. – Новое еще не сшили. А старое…
– Я поняла. Можешь не продолжать. Это мне наказание от богов, что мало дани им на алтари кладу, – фыркнула Аврора.
Я промолчала, не зная, стоит ли обижаться на такую странную фразу.
– Значит, будешь с иллюзией, – через несколько секунд раздумий решила Аврора. – Там в магии мыслят мало. Может, и не догадаются.
Она взмахнула рукой, и мое тело окутал сверкавший кокон. Миг – и он будто втянулся внутрь, исчез.
– Можешь не пытаться что-то рассмотреть, – предупредила мое желание Аврора. – Тот, кто носит иллюзию, не способен ее увидеть.
Я только вздохнула. Как же спокойно мне жилось до появления в моей жизни одной настырной родственницы!
Аврора не обратила ни малейшего внимания на мои эмоции.
– Скоро приедем, – ровным голосом произнесла она. – Готовься играть роль богатой и высокопоставленной аристократки.
– Я не богата, – напомнила я, пытаясь образумить Аврору.
Ну пусть меня можно считать высокопоставленной. Все же Аврора – герцогиня, а я – ее близкая родственница. Но богатая… Откуда у меня богатство?
– Не спорь, – отмахнулась от меня Аврора. – Тебя Диана не учила играть в карты?
– Вы о блефе? – догадалась я. – Учила немного. Маме это не особо нравилось, поэтому мы старательно скрывали наши занятия. Но я – человек прямой. И блефовать так и не научилась.
– Ты – не человек уж точно, – хмыкнула Аврора. – Ты – смесок с небольшой каплей человеческой крови. Что же касается блефа… Поверь мне, в жизни это умение часто помогает.
Я промолчала, не желая вступать в никому не нужный спор.
Так, молча, мы и доехали до пункта назначения.
Высокое двухэтажное здание, сложенное из крупного неотесанного камня, располагалось неподалеку от императорского дворца. А значит, в нем жили, по местным меркам, довольно знатные и обеспеченные существа. Аврора не соизволила рассказать, к кому мы едем. И я вышла из кареты, ничего не зная о своих новых знакомых.
Едва мы вышли из кареты и поднялись по мраморным ступенькам, дверь распахнулась. Дворецкий, которого мы встретили у двери, выглядел как ожившая легенда о старинной благородной семье. Он был высоким и статным, и даже его поза излучала внушительность и благородство. У него были серебристые волосы, аккуратно зачесанные назад, а глубокие морщины на лице говорили о богатом жизненном опыте и преданности своему делу. В его глазах можно было прочесть мудрость и строгость, но в то же время и доброту – словно он уже был готов к любым капризам своих работодателей. Он был облачен в классическую черную форму с отменной отделкой: вышитый нагрудный карман, белоснежная рубашка с аккуратным воротником и черный жилет придавали ему аристократичный вид. Он поклонился, впуская нас в дом.