— И это правильно. Я делаю то же самое, хоть они и будут осторожны, подозрительность их вымотает. Увидят мышь, случайно выстрелят друг в друга и избавят убийцу от трудов ходить за каждым по отдельности.
— Вы не так уж неправы, — вздохнул Джордж, — но хотелось бы, чтобы все было наоборот. Нет никого упрямее, чем старые аристократы.
— Вы тоже не так уж неправы, — откликнулась она. — Деверелл не желает подключать Боу-стрит, хочет, чтобы это оставалось его частным делом — все, от удара кинжалом до таинственного визитера к жене ночью.
— Вот почему мне нужно, чтобы этим делом продолжали заниматься вы.
Кассандра покачала головой.
— Несмотря на то, что мне не удалось защитить вашего крестного? Я не могу делать вид, что ничего не случилось, и получать деньги, словно прекрасно выполнила свою работу.
— Я не виню вас в том, что произошло. И лорд Деверелл, конечно, тоже, как его жена и врач.
— Для меня это мало что значит, если я сама себя виню. Кто-то меня переиграл, и человек едва не погиб. Лучше мне вернуться на Боу-стрит, где все ясно и понятно.
Она хотела было встать, но Джордж неожиданно для себя протянул руку, останавливая Кассандру, и положил ладонь на ее колено.
Эффект оказался ожидаемым. Она буквально вжалась в кресло, подобрав ноги, и взгляд ее вряд ли можно было назвать доброжелательным.
— Прошу прощения, — смутился Джордж. — Я порой становлюсь неуправляемым: когда приходит полное понимание, не могу сдержать эмоции.
— Это был один из таких моментов?
— Разумеется, — он по-ученически сложил руки. — Вот самые важные для меня факты: во-первых, вы не проигнорировали свою интуицию и пошли проверить состояние лорда Деверелла, второе — вы тут же позвали на помощь, чем и спасли ему жизнь.
Она хотела было что-то возразить, но он опять вытянул руку, хотя и не так экспрессивно, как в прошлый раз.
— Третье и самое важное для меня: ваша неудача не оставила вас равнодушной. Вы переживаете из-за того, что не смогли защитить его и кто-то причинил ему боль.
Внимательно глядя на свою собеседницу, Джордж закончил:
— Вам это отнюдь не безразлично, мисс Бентон, так же, как и мне. Для меня лорд Деверелл не просто объект защиты. Этот человек подарил мне первую погремушку, научил управляться с луком и стрелами, сидеть в седле.
— Сколько вам было тогда? — поинтересовалась Кассандра, хотя понимала, что он отвлекает ее.
— Совсем мальчишка, зато теперь я отличный стрелок, так что все было не зря. Впрочем, выбросьте это из головы. Вы понимаете, что я имею в виду, мисс Бентон? Можно нанять другого расследователя, но невозможно платить кому-то за то, что он переживает из-за лорда Деверелла так же, как я. Он вам небезразличен, и это делает вас нужным человеком, который должен остаться в деле.
Повисло молчание. Щипцами Кассандра взяла другой кусочек сахара, подняла и посмотрела на свет, падавший из окон, которые выходили на восточную сторону. Сахар искрился, как белый песок, мерцало серебро щипцов. По контрасту с ними мисс Бентон вся была словно соткана из солнечных лучей — золото, медь и персик, — которые оттенялись черным цветом платья служанки. Было бы интересно посмотреть на нее сквозь камеру-обскуру, хотя если он все это зафиксирует на бумаге, цвета пропадут.
Но он отвлекся. Наверное, загляделся на нее. Когда мисс Бентон вернула сахар и щипцы в фарфоровую вазочку на чайном подносе, тихий звон от соприкосновения дорогого серебра с сервизом от Адамса вывел его из задумчивости.
— Благодарю, — произнесла она, сосредоточенно глядя на чайный поднос, словно разговаривала именно с ним. — Даже не представляла, что это может означать для вас.
— Значит, вы остаетесь? Вы по-прежнему в деле?
Он ждал затаив дыхание, и она подняла на него, наконец, глаза.
— Да, до конца недели как минимум, потому что вы уже заплатили. А дальше — если потребуется и если вы того желаете.
— Да, желаю! — выпалил Джордж.
Слава богу, она поверила ему! Теперь не придется одному ломать голову над тем, как защитить отца, лорда Деверелла и всех других идиотов, организовавших тонтину в незапамятные времена.
— Есть кое-что, казавшееся мне странным, — медленно произнесла Кассандра. — Все в особняке, от посудомойки до самого графа, знали о том, что Чарлз наносил визиты в спальню леди Деверелл, а граф ведет себя так, будто это в порядке вещей.
— Вполне естественно, на мой взгляд, — пожал плечами Джордж. — Он бережет свою репутацию. Кому ж понравится, чтобы его считали рогоносцем?
— Да, правда, хотя кажется, что сама леди решительно настроена как раз на это. — Подавшись вперед, Кассандра уперлась локтями в колени. — Ночью одна за другой прошло несколько сцен драмы, и этого не должно было случиться. Ее светлость могла бы сказать, что не поняла, что произошло, что никогда не видела этого мужчину раньше, что он сорвался с решетки, прежде чем сумел дотянуться до ее окна. Вместо этого она с рыданиями сообщила мужу, что они с Чарлзом всего лишь обменялись поцелуями, а потом он свалился вниз.
— Вы сомневаетесь в ее правдивости?
Джордж тоже сомневался.
