– Так о чем вы хотели поговорить, ваша светлость? – напомнил о деле лорд Фингар. – Вы переживаете о сегодняшней поездке?
– Нет, вы меня хорошо к ней подготовили, – покачала головой.
О поездке, которая была назначена на сегодняшний вечер, я пока думать не хотела. Будем разбираться с проблемами по мере сил.
– Я бы хотела обсудить с вами возможность основания фонда помощи жителям герцогства, – произнесла я и опустила на стол захваченный из комнаты блокнот. В нем я расписала все, что касалось моей задумки.
По крайней мере, все то, в чем разбиралась сама. И что могла предложить.
Лорд Фингар скинул маску весельчака и внимательно выслушал все, что я говорила. Один раз он удивленно охнул, вскинув брови, и переспросил:
– Вы хотите отказаться от Дня Жалоб? Но это ведь традиция!
– Традиции хороши, когда они во благо, – покачала головой. – Сколько жителей герцогства не добирается до замка? Сколько не успевают сообщить о своих проблемах? К тому же нет никакой градации по важности и срочности. К примеру, герцогу могут пожаловаться на то, что кто-то увел козу из стойла. А вот человек, который добирался до замка три дня, чтобы сообщить о каком-то катаклизме или нападении страшного монстра, не получит голоса. День Жалоб несовершенен. Я бы даже сказала, наоборот.
Лорд Фингар тяжело вздохнул и… не смог не согласиться.
– Что вам по этому поводу сказал лорд Этьен?
– Не скажу, что у него сейчас есть время, чтобы обсуждать это, – обтекаемо ответила я. – И я знаю, что казна герцогства не может себе позволить те расходы, которые возникнут после основания фонда.
– Это только одна из проблем, ваша светлость, – советник по вопросам хозяйства и производства достал какой-то толстый томик из-под стола, обслюнявил пухлые пальцы и раскрыл книгу на середине. – Да, казна этого не вытянет, ваша светлость. Но, помимо нее, стоит подумать еще и о доверенных лицах. Если все заявки передать людям… кто-то должен взять ответственность за то, что все будет идти верно. Проверки первое время… Бумажная работа. Казна фонда, опять же, должна быть отделена от казны герцогства. То есть у фонда должны наличествовать собственные средства. Откуда их брать?
Я нахмурилась.
– Ну, с проверками я не вижу проблем. Я бы хотела курировать это. По крайней мере, поначалу. Да, я согласна, что нужны доверенные лица, которые после будут вести большинство дел самостоятельно. А что по поводу финансирования…
– Ваша светлость, мне кажется, вы не понимаете, каково количество тех жалоб, что могут быть направлены в такой фонд.
О, я прекрасно понимаю. Если там будет два-три процента важных дел, уже хорошо. Остальные будут наподобие «у меня течет крыша», «у соседа забор неподходящего цвета» и «трава на участке через дорогу зеленее моей». К такому я готова была. Потому и заговорила о сортировке заявок по срочности и важности.
– Можем ли мы привлечь к финансированию аристократов? – рассматривая убранство кабинета, задумчиво протянула я.
– Как вы себе это представляете? – лорд Фингар не спешил меня переубеждать, а это уже хороший показатель.
– Начальный вклад в казну фонда сделаю я, – сразу ограничила свои возможности.
– Вы? – вновь удивился советник мужа.
– Да, у меня есть на это средства, – кивнула.
Буквально вчера мне прислали бумагу из банка, в которой лорд Фронтье расписал все цифры, которые были зачислены на мою ячейку благодаря новой схеме работы.
И… это была весьма неплохая сумма для начала. Думаю, тысячи золотых, хозяйкой которых я сейчас была, на многое все равно не хватит. Но отдать эти деньги для фонда я могла и…
Я резко обернулась и вперилась взглядом с лорда Фингара:
– Как местные лорды и леди относятся к пожертвованиям?
– Не совсем понимаю, миледи. Вы про пожертвования храмам?
– Не только, – я покачала головой. – Скажем… Если я сделаю пожертвование в фонд и объявлю о том, что таким образом от всего сердца желаю помочь людям, которые оказались в беде, это может как-то повлиять на других аристократов? Чтобы они так же себя повели.
– А что им это даст? – задал вполне резонный вопрос советник.
– В этом и прелесть благотворительности, – произнесла я. – По факту это ничего не дает. Кроме удовлетворения от осознания того, что твои деньги кому-то помогли. Но! При этом человек, который безвозмездно перечисляет свои деньги на благие нужды, возвышает свой статус в глазах общества. Его невозможно назвать скупым. Это достойно и…
Я запнулась, понимая, что в текущей ситуации вряд ли хоть кто-то из аристократов сможет заинтересоваться тем, чтобы стать благотворителем.
Лорд Фингар молчал несколько минут, постукивая пальцами по полированной столешнице.
– Звучит не очень, – наконец вынес он вердикт. Я уныло кивнула, а мужчина продолжил: – Но я подумаю, как это можно преподнести лордам и леди. Возможно, все не так плохо, как я представляю. Так что, ваша светлость, когда мне приступать к подготовке документов для вашего фонда?
– Вы готовы это сделать? – удивилась я. – Мне показалось, что мои аргументы вам не по душе. Да и… герцог не совсем в курсе.
