– Она не выдала этого прямым текстом. Двое отправились с моей матерью в человеческие земли. Сибилла и Джульетта. Когда я увидела Оракула, это была Джульетта. Когда я… – Скарлетт сглотнула. – Когда она умерла, видимо, высвободилась ее сущность или что-то вроде того, и она смогла вернуться в Королевство ведьм и занять место предыдущего Оракула. В Бейлорине, еще до начала всех событий, у нее случались видения. Так она узнала обо мне. О том, кто я на самом деле. И поделилась с Нури.
– Если Кассиус и Джульетта двоюродные брат и сестра, значит, Сибилла…
– Сестра Верховной ведьмы, – подхватила Скарлетт.
Покачав головой, Сорин пробормотал:
– Пойду-ка я спать.
Скарлетт со смехом направилась в купальню.
Через полчаса она появилась на пороге, чистая, утомленная и более чем готовая спать, спать и спать. Когда девушка подошла к кровати, Сорин поднял голову с подушки и объявил чуть слышно:
– Твои тени.
Она слабо улыбнулась, откидывая одеяло со своей стороны.
– Что с ними?
– Они исчезли. – Он завороженно смотрел на нее.
Ухмыльнувшись, Скарлетт отправила к постели теневой вихрь, который погладил Сорина по щеке и растворился, превратившись в ничто.
– Но как?
Скарлетт заметила, что ее тени пропали, еще когда купалась в горном шале рано утром. Она чувствовала, как они витали под поверхностью, но их щупальца больше не показывались, если она не приказывала им проявить себя.
– Я люблю свою тьму, Сорин. Она прекрасна, и я не желаю гнать ее прочь, но она нужна мне только тогда, когда я теряю из виду звезды.
– Ты нашла свет?
Наклонившись, чтобы задуть свечу, она заметила на губах Сорина мягкую улыбку.
– Я узнала, где его искать.
– Вот как? – спросил он, приподнявшись на локте, чтобы посмотреть на нее сверху вниз, когда она устроилась рядом.
– Самая яркая звезда всегда ведет домой.
Талвин Семирия стояла в своих покоях в Белых Залах. Она не спала уже несколько дней. Каждый раз, стоило ей закрыть глаза, ее сны наполнялись предзнаменованиями и ужасами. Ее покои находились на вершине самой высокой башни Залов и имели окна во все стороны, что гарантировало отличный обзор по всем направлениям. Сейчас Талвин смотрела в северное и западное окна, в сторону Двора Огня. Все пошло не по плану. Увы, совсем не по плану.
Когда Талвин отправила Сорина в земли смертных на поиски его близнецового пламени и своей кузины, она рассчитывала, что по возвращении Скарлетт прибудет сюда, в Белые Залы. И только потом займет свое место в Черных Залах на юге. Талвин ожидала, что между ними возникнет естественная приязнь, порожденная связывающими их родственными узами. Вместо этого она получила страх, перешедший в полнейшее презрение.
Сорин скрыл от нее Скарлетт. Сначала он ее прятал, теперь она с ним живет. Талвин знала, что она его близнецовое пламя, но все равно хотела, чтобы они пришли
Подул легкий ветер, и в комнату вошла Эштин. Нахмурившись, Талвин повернулась к подруге.
– Ты принесла новости?
Эштин пересекла комнату и грациозно уселась в кресло у окна.
– Ты была права, – ответила она своим загадочным голосом. – Смертные короли собирают войска, но где планируют их расположить, я не слышала. Этого даже ветры не ведают.
Ничего не ответив, Талвин вернула внимание к окну. Ни в одной другой стране не было никаких признаков присутствия бессмертных, выдающих себя за людей. По крайней мере, Эштин их не обнаружила. Впрочем, они не знали, что таковые находятся в Виндонеле, пока Сорин не заявил об этом на последнем собрании. Через несколько недель, если другие лидеры согласятся принять участие, состоится встреча на высшем уровне. Остается надеяться, что все осознают угрозу.
Талвин потрясло заверение Скарлетт о том, что Хейзел будет присутствовать. Сотрудничество с Верховной ведьмой было сплошным кошмаром. Дошло до того, что в последние несколько раз она посылала к ней Брайара или Азраила. При мысли о солдатах, которых она потеряла из-за безжалостных ведьм, Талвин до сих пор впадала в ярость.
– Я не могу позволить ей вернуться туда прямо сейчас, Эштин, – негромко сказала Талвин. – Там так много неизвестных, с которыми она пока не готова встретиться лицом к лицу.
Эштин задумчиво молчала. Они росли вместе, две юные принцессы – Эштин из Двора Ветра и Талвин. Наряду с другими королевскими особами Эсмерей убила и мать Эштин, а когда впоследствии была умерщвлена мать Талвин, дружба принцесс многократно окрепла. Однако они сильно отличались друг от друга. Талвин быстро соображала и молниеносно действовала в критических ситуациях, а Эштин предпочитала созерцание, вероятно, потому что была Странницей Ветра и большую часть времени проводила, прислушиваясь к воздушным потокам.
– Едва ли тебе удастся ее остановить, – наконец ответила Эштин. – Она, кажется, очень решительно настроена на возвращение в Виндонель.
– Ее решительный настрой отнюдь не означает, что это правильный шаг, – раздался с порога мужской голос.
