Дженни подождала, надеясь, что охранник вернется, чтобы перевести ее в сухую камеру. Но никто не пришел. Чувствуя, что ноги заледенели, Дженни сняла носки и выжала их. Что же ей делать? Позвать кого-нибудь на помощь? Но кто ее здесь услышит?..
К своему облегчению, Дженни увидела в конце коридора Бирда и постучала кулаком по двери, чтобы привлечь его внимание.
— Я промокла! — крикнула она. — Вся комната в воде! Бирд вошел в камеру и осмотрелся.
— Так-так, — пробормотал он. — Пожалуй, ты получила больше, чем тебе полагается.
Дженнифер предпочла промолчать. Охранник тоже молча разглядывал ее. В его глазах была откровенная похоть.
— Я сейчас остался здесь один, — объяснил он. — Остальные повезли эту идиотку в карцер. Она сунула полотенце в унитаз и затопила все. Здесь не скоро кто-нибудь появится.
Дженнифер вздрогнула. Каким надо быть человеком, чтобы работать в женской тюрьме и приставать к заключенным!
— Вообще-то, — добавил Бирд, — я могу перевести тебя в другую камеру.
Он недвусмысленно смотрел на нее, словно чего-то ожидая. Дженнифер молчала, стараясь не показать свой страх. Наконец Бирд грубо схватил ее за руку, вытащил из стеклянной клетки и привел в другую, точно такую же, как первая.
— Скоро принесут жратву, — сказал он, неохотно отпуская руку Дженнифер.
— Еду? — переспросила девушка. — Да я здесь и дышать не могу, не то что есть. Мне нужен другой комбинезон. Этот совсем промок.
— Сейчас принесут ужин, — повторил Бирд. — Что касается одежды, ничего не выйдет. Прачечная уже закрыта.
Он придвинулся к ней ближе.
— Ты можешь снять свой комбинезон и посушить. Никто тебя здесь не увидит.
Сейчас Дженнифер была рада, что в камере стеклянная стена, нет потолка и по дорожке ходит охранник. Кто-то может увидеть то, что делает здесь Бирд. Но вмешаются ли они, если он применит силу?
— Я мог бы принести тебе что-нибудь сухое, — сказал он наконец, — если ты будешь вести себя по-дружески.
Дженнифер не хотела верить своим ушам. Что это? Сексуальное домогательство? Неужели он пообещал ей сухую одежду в обмен на секс? Сейчас она ничего не скажет, но завтра же губернатор узнает обо всем!
— Мне ничего не надо, — холодно ответила она.
Бирд пожал плечами:
— Очень жаль. Тогда будешь ходить в мокром до завтрашнего вечера.
Он закрыл дверь камеры и ушел.
Дженнифер испытала большое облегчение. Она рассмотрела свою новую клетку, которая оказалась абсолютно такой же, как предыдущая. Дженни готова была поклясться на Библии, что пятна на матраце имели тот же цвет и туже форму. Все было также, только ноги онемели от холода, а грубая мокрая ткань натерла кожу. И в животе бурчало от голода так, что, наверное, было слышно даже в соседней камере.
Но Дженнифер не собиралась ничего есть. И не собиралась ложиться на матрац. Хотя этот день, казалось, длился уже целую вечность, она не позволит холоду и усталости взять верх!
Она облокотилась спиной о стену, подтянула колени к груди, обхватила руками свои ледяные щиколотки, закрыла глаза и снова попыталась представить себе, с какой благодарностью встретят ее, когда она вернется отсюда к настоящей жизни.
Скорее всего, ей не придется ждать до конца года. Дональд сразу же предложит партнерство и новый роскошный кабинет.
Дженнифер набрала полные легкие отравленного воздуха камеры. «Не думай о том, что тебя окружает, — твердила она себе. — Представляй, как ты отделаешь свой новый кабинет». Каждому партнеру отводились большие деньги на дизайн и обстановку. Пожалуй, она перевезет из дома в кабинет свой бидермейеровский письменный стол, предъявит «Хадсон, Ван Шаанк и Майклс» счет и на эти деньги купит себе антикварный туалетный столик, на который давно заглядывалась. А еще…
Нет, ей не удавалось полностью отрешиться от мрачной действительности.
Дженнифер открыла глаза. Она не могла до конца абстрагироваться от ледяных ног, убогого матраца и слепящего света. Все трудности ее переговоров с Купером померкли. Тогда она, по крайней мере, не мерзла, была сыта и в безопасности. А здесь… Даже если она не будет пить и есть, ей придется ходить в туалет на глазах чужих враждебных людей!
Глаза девушки наполнились слезами. Она заставила себя встать. В этот момент из коридора послышался шум. Охранник вез тележку с ужином. У ее камеры он не глядя сунул пластиковый поднос в дверное окошко.
Это было похоже на еду, которую подают в самолете.
— Нет! — твердо сказала себе Дженни.
Но непослушные ноги сами понесли ее к подносу. Что-то зеленое, что-то коричневое, что-то с томатным соусом… Что бы это ни было, она уселась, скрестив ноги, на грязный матрац и проглотила все.
