По его сигналу взлетела Никс. Вырвавшись из-под летучего пузыря корабля, она круто взмыла ввысь. Позади нее в небо взметнулось еще больше крыльев. Крошечные фигурки какое-то время болтались под ними, прежде чем их притянули поближе, чтобы держать в тепле.
Даал нагнулся в седле и плотнее сжал колени, подавая знак Нифке, но та вроде и так поняла его намерения и круто спикировала вниз. Он помнил подобную гармонию по тем временам, когда мчался верхом на Неффе – когда они двое становились одним целым. Теперь Даал знал, что такая глубокая связь обусловлена его врожденной способностью к обуздывающему напеву. И хотя и не мог соединиться с другим сердцем столь же тесно, как Никс, но все еще чувствовал эти незримые узы, эту связь между всадником и его скакуном. В такие моменты, как этот, он чувствовал близость к Неффе, как будто это она летела по этим небесам вместе с ним; его воспоминания об охоте с ней помогли укрепить его связь с Нифкой, как будто орксо все это время готовила его к этому.
«Спасибо тебе, Неффа!»
Быстро спустившись к остальным, Даал поравнялся с Никс, двигаясь крыло к крылу. Ухватившись обеими руками за седло, она коротко глянула на него. Никс так и сияла обуздывающим напевом, оставляя за собой струйки золотого огня. Глаза у нее сияли тем же огнем. От ее вида у него перехватило дыхание.
Но тут они оказались в теплом тумане. После пронизывающего холода теплый воздух буквально обжигал. Даал задохнулся от внезапного жара. Но после нескольких вдохов жжение смягчилось, теплый пар показался чуть ли не животворным. Юноша спикировал круче, вырываясь вперед и прикрывая собой Никс.
Едва Даал оказался в огромном дверном проеме, как воздух очистился. Потрясение от зрелища внизу и вокруг него сбило его полет. Он крепче вцепился в седло и направил своего скакуна по более плавной дуге через внутреннюю часть купола. Изнутри огромное пространство казалось еще больше.
Никс снова поравнялась с ним. Кивнув ему, она отвернула и повела остальных к медному полу.
Даал отпустил ее, напоследок описав над ними еще один круг.
«Какие чудеса мы открыли миру?»
Когда Никс по спирали устремилась к полу купола, ее взгляд головокружительно метался во всех направлениях. Медь внутренних стен была покрыта густой путаницей хрустальных трубок, каких-то стальных конструкций и огромных резервуаров с прозрачными окошками, за которыми пузырились золотистые зелья. Все это мягко светилось, а время от времени кое-где по ним пробегали более яркие потоки энергии, похожие на укрощенные молнии.
Ей пришлось несколько раз сморгнуть, чтобы избавиться от резкого ослепления, пока она осторожно кружила, опускаясь все ниже. Семь щупальцев, отходящих от купола снаружи, оказались огромными туннелями, в которые уходили гигантские, толщиной с неуклюжих мартоков, черные кабели, исчезая вдали. Но Никс знала, куда направлялись все семь и кого они должны были питать энергией.
Прежде чем приземлиться, она облетела чудо в самом центре купола. Здесь на арочных опорах была подвешена идеальная хрустальная сфера, оправленная в бронзу. Размером она была с военный корабль и выглядела столь же угрожающе. Над полом возвышалась лишь верхняя половина сферы – нижняя нависала над огромной дырой, вдвое шире самого шара. Хрустальная поверхность его была сплошь исчерчена перекрещивающимися полосами яркой меди, а медные прожилки поменьше образовывали между ними сложный узор, похожий на мистические каракули безумного алхимика.
И все же ничто из этого не скрывало того, что лежало в самой сердцевине этого хрустального шара. Там, на уровне пола, пульсируя и пузырясь, пенясь и завихряясь, светилась поверхность какой-то золотистой жидкости.
Несмотря на благоговейный трепет и страх, Никс сразу распознала ее природу. Оторвав взгляд от сферы, она глянула на сияющую бронзовую фигуру Шийи. Когда загадочная женщина выбралась из меловых шахт, потребовалась сила солнца, чтобы заставить ее двигаться. Ей приходилось постоянно черпать энергию из огня Отца Сверху. Лишь много позже Шийя нашла хрустальный куб, наполненный таким же золотым эликсиром. Стоило ей внедрить его в себя, как он даровал ей постоянную силу и до сих пор поддерживал ее.
Никс повернулась обратно к золотому морю, сияющему в глубине сферы, и лишь поежилась при мысли обо всей этой энергии. В конце концов ей пришлось отвести взгляд, напуганной чудовищными масштабами увиденного.
Уже уносясь прочь от сферы, она мельком заглянула в огромную дыру под нижней половиной шара. Никс ожидала увидеть внизу огонь расплавленной магмы, но зрелище оказалось еще хуже. Колодец уходил в темноту, которая казалась бездонной. Она представила себе шахту, пробуренную до самого ядра планеты. Тем немногим, что удалось разглядеть на самом верху, были несколько кольцеобразных площадок по стенам шахты, соединенных узкими лестницами, которые уходили в эту вечную тьму.
