Шийя повернулась спиной к щиту и плотно прижалась к нему. И стоило ей с ним соприкоснуться, как пол под ними содрогнулся. Купол зазвенел как колокол. Шум оглушил их, заставив упасть на колени.
Шийя напряглась, запрокинув голову.
«Такое мы тоже уже видели».
«Только не настолько мощно».
Хрусталь, окружавший медный щит, вспыхнул еще ярче, и по нему побежали ослепительные волны энергии. Ритмичные струи огня устремлялись наружу, широко растекаясь по сторонам, а затем откатывались обратно, разбиваясь, как прибой о скалу.
С каждым таким ударом спина Шийи выгибалась дугой, а ее рот открывался в беззвучном крике, который казался восторженным.
Райф шагнул было вперед, но Грейлин удержал его – хотя не то чтобы Райф мог дотянуться до нее.
По обе стороны от щита из стен выдвинулись толстые изогнутые стекла, которые сомкнулись над Шийей, заключая ее в прозрачную капсулу.
Никс решила, что так все и должно быть – что именно ради этого Шийя и проделала столь долгий путь.
Она ошибалась.
С краев кокона вырвались зазубренные вспышки зеленого огня, окутывая хрусталь. Еще больше языков пламени пронеслось по внутренней поверхности купола. Золотистая энергия там все еще бурлила, но, казалось, лишь еще сильней разжигала зеленый огонь с каждой разбивающейся о кокон волной. Изумрудные вспышки превратились в адское пламя, охватившее его целиком.
Шийя исчезла за этим пламенем – но не раньше, чем Никс увидела, как ее бронзовая фигура бьется в конвульсиях внутри. Безмолвный крик больше не был восторженным – лишь мучительным.
Никс и остальные попятились, осознав правду.
Это не было предназначением Шийи.
Это была ловушка.
Аалийя бросилась вместе с Рами через огромный тронный зал. Их окружал отряд из сорока паладинов. Грохот подкованных сталью сапог по твердому мрамору эхом разносился по всему этому гулкому помещению, напоминая топот запаниковавших лошадей.
Ее сердце колотилось в такт этим звукам.
Они промчались вокруг огромных колонн, поддерживавших крышу, мимо аркад по обеим сторонам, где могли разместиться тысячи людей, собиравшихся на всякие великие торжества. Аалийя с Рами нацелились на два золотых трона, стоящих на возвышении в дальнем конце зала. Один был чуть пониже другого, и оба накрывали два огромных крыла, высоко раскинувшихся над ними до самых стропил. Перед этими крыльями изогнулись два гигантских обсидиановых меча, четко выделяясь на фоне золотых перьев и дополняя ястреба Хэшанов символами клашанского герба.
Между крыльями сияло огромное круглое окно из цветного стекла. Низкое зимнее солнце светило прямо сквозь ее центр, проявляя сияющий цветок, который осенял сидящих внизу. Это и была та великолепная Просветленная Роза, в честь которой отец назвал Аалийю.
Мчась к тронам, она гадала, не прокляло ли ее насилие, совершенное над императором. И все же бежала, отказываясь сдаваться.
Некоторое время назад они с Рами вместе с небольшим отрядом паладинов направлялись в Кровавую башню, чтобы подготовиться к битве за Тайтинскую чащобу. Затем повсюду зазвучали рожки, эхом отдаваясь внутри дворца и за его пределами. Вскоре последовали крики и резкий лязг стали.
Аалийя убедила своих паладинов все-таки добраться до Кровавой башни. По пути они собрали еще больше придворных стражников. На бегу замечали отдельные стычки в окружающих залах, слышали взрывы бомб вдалеке.
Теперь их цель была уже видна.
Арка входа в Кровавую башню находилась справа от тронного возвышения. Они бросились к ней – но только лишь для того, чтобы натолкнуться на другую хлынувшую из нее силу. Паладины плотно сомкнулись вокруг Аалийи и Рами. Сквозь образованную ими стену она заметила Ангелона, который выбежал из-под арки вместе с толпой гвардейцев. А рядом с ним – принца Джубайра.
Обе стороны неуверенно застыли, не понимая, кто враг, а кто друг.
Аалийя протиснулась сквозь своих паладинов.
– Щит Ангелон! – крикнула она, дабы разрушить эту неопределенность.
Облегчение, отразившееся на суровом лице мужчины, было достаточным ответом. Он повернулся и выкрикнул какие-то приказы. Их две силы слились воедино.
Ангелон подтолкнул Джубайра к ней и Рами.
– В Кровавую башню нечего и соваться. Военный корабль обрушил на нее летучих воинов и огонь сверху, вынудив нас спасаться бегством.
Аалийя услышала звуки боя и взрывы.
– А что Парус и Крыло?
Ангелон кивнул:
– Драэр и Гаррин с горсткой бойцов пытаются сдержать заговорщиков. – Он указал на вход в тронный зал. – Надо уходить отсюда.
Все они повернулись, но прежде чем успели сделать даже несколько шагов, как битва ворвалась в зал – и с дальнего его конца, и через боковые галереи. Это было не начало боя, а его конец. Последние оставшиеся защитники пали. Окровавленные нападавшие сбились в кучу и бросились к Аалийе и Рами.
– Назад! – выкрикнул Ангелон.
Он попытался отступить к арке Кровавой башни, но оттуда выбежал прихрамывающий Парус Гаррин с горсткой раненых. Он вытер кровь с глаз и, покачав головой, прохрипел, подходя к ним:
– Проиграли…
– А Крыло Драэр? – спросила Аалийя.
