Полыхнул огонь, еще теснее соединяя их пальцы.
На данный момент они позволяли себе лишь такие прикосновения. Она помнила их поцелуй там, под куполом, но после суматохи их возвращения, растянутые в разные стороны, оба воздерживались от попыток дальнейшего взаимопознания в этом смысле.
Даал покосился на нее, и легкая улыбка тронула его губы. Никс уже и забыла, что в такие моменты, слившись с ней воедино, он мог заглянуть ей прямо в душу.
Он сжал ее пальцы, еще сильней разжигая огонь между ними. И в этот миг она ощутила его желание – то, как участилось у него дыхание, как расширились зрачки, как разгорелась кровь. Но уловила и его сдержанность, внутреннее спокойствие, противостоящие страсти, – кладезь терпения, который и согревал, и слегка раздражал ее.
Его улыбка стала только шире.
Никс почувствовала, как у нее горят щеки.
Хенна ворвалась между ними, расталкивая их в разные стороны. Пара ярких осветительных горшков впереди приветствовала их появление. Однако радость девчушки была вызвана не возвращением сюда, а тем, кто их там ждал.
– Кальдер, гадкий ты мальчик! – крикнула она, подбегая к дому.
Услышав их приближение, варгр наполовину высунулся из дверного проема и зарычал. Но тут заметил несущуюся к нему Хенну. Глаза у него расширились. Он выглядел испуганным.
Хенна стремглав бросилась к нему, обвила руками за шею и закинула ногу ему на спину.
– Возвращайся в дом, непослушный мальчишка! – отчитала она его.
Варгр с усталым ворчанием повернулся и пронес ее через занавешенный дверной проем.
– Наверное, мне все-таки стоит сделать то седло, которое хочет Хенна, – заметил Даал.
– Не думаю, что мы пробудем здесь достаточно долго для этого, – отозвалась Никс. Она хотела, чтобы это прозвучало шутливо, но видела, что эти слова ранили его.
Со слегка подкисшим настроением они отодвинули занавеску и оказались в теплой комнате. Там их встретили болтовня и споры. Фенн, Джейс и Крайш стояли у кухонного шкафа, к дверцам которого были приколоты карты различного масштаба. Все трое что-то бурно обсуждали.
Сидящие за столом Грейлин с Мериком попыхивали трубочками, дожидаясь, пока спорщики придут к какому-то единому мнению. Рыцарь кивнул Никс, оглядев ее с ног до головы – дабы убедиться, что она больше ничего себе не сломала, пока находилась вне его поля зрения.
Кальдер отнес Хенну туда, где на противне исходил паром сладкий пирог. Там она наконец слезла с него и отщипнула кусочек, не в силах устоять. Пахло действительно вкусно. Кальдер облегченно вздохнул и вернулся к Грейлину. Варгр наверняка знал, что искушение пирогом будет единственным способом заставить Хенну отцепиться от него.
– Они уже пришли к какому-то решению? – спросил Даал, махнув рукой на троицу.
Подойдя к шкафчику, Никс уставилась на различные маршруты, нанесенные на карты. Все они направлялись в глубь Студеных Пустошей, пересекая их, чтобы достичь дальней стороны Венца. Все уже единогласно решили не возвращаться тем же путем, каким прибыли сюда. Поскольку там разгоралась война, гораздо безопасней было двинуться в противоположную сторону, полностью избегая территорий Халендии и Южного Клаша.
Однако добраться до Пустоземья можно было сразу несколькими способами – и Фрелль, Джейс и Крайш остановились каждый на своем варианте.
– Вы должны выбрать что-то одно, – предупредила их Никс. – По крайней мере, на данный момент. Мы всегда можем сместиться в ту или иную сторону, в зависимости от того, с чем столкнемся в пути.
– Верно. – Крайш положил руку на плечо Джейса. – Поскольку мы зашли в тупик, я выражаю свою поддержку маршрута, предложенного этим молодым человеком.
Тот повернулся к Фенну:
– Итак, два голоса против одного.
– Поскольку я судонаправитель, мой голос должен быть засчитан за два – а может, даже за три.
Джейс и Крайш хмуро посмотрели на него. Фенн наконец обреченно махнул рукой.
– Ладно, сдаюсь. Но только на данный момент. Надо будет еще посмотреть направление преобладающих ветров, как только мы окажемся в воздухе.
– Покажите мне, какой маршрут вы выбрали, – попросила Никс.
Джейс поманил ее ближе. Она придвинулась к нему, искоса изучая его при этом. Он казался самим собой – таким же неугомонным и одержимо сосредоточенным, как и всегда. И все же Никс все никак не могла избавиться от той холодной пустоты, которую ощутила внутри него. Это было слишком уж странно и необъяснимо, чтобы просто отмахнуться от терзающих ее опасений.
– Вот этот, – сказал Джейс, возвращая ее внимание к карте. Он провел пальцем по Пустошам и через Венец к отмеченному крестиком участку глубоко в Пустоземье. – На мой взгляд, учитывая направление господствующих ветров и ожидаемые весенние штормы, этот курс имеет наибольший смысл.
Она кивнула, но Фенн все так же мрачно стоял, скрестив руки на груди и глядя на отмеченный путь через Венец. Никс присмотрелась повнимательнее и заметила, что тот пролегал над Бхестийей, родиной Фенна. Судонаправитель всегда избегал расспросов о своем прошлом. Оставалось только гадать, уж не по этой ли причине он так выступал против этого маршрута.
