– Да, говорят, из Скоровска приезжали. Речка у нас тут, купаться они приезжали. Не знаю, как Марину туда занесло. Ее на следующий день нашли, задушенную… Зачем тебе это знать? – подозрительно посмотрела на меня Алевтина.
– Ну, вопросы вдруг возникли…
– Вдруг? То не возникали, то вдруг возникли?
– Хотелось бы знать, что это за уроды.
– Говорю же, из Скоровска приезжали.
– А кто конкретно?
– Кто ж их знает? Они фамилии свои не оставляли.
– Но ты же говорила, что они – выродки богатых родителей.
– Потому и не смогла их милиция найти, что у них богатые родители. Вернее, не захотела найти…
Темнила Алевтина, и этим только подтверждала мои догадки.
– Ну, тогда понятно… Жаль, что так вышло.
– Жаль?! – изумленно протянула Алевтина. – Да это не жаль, это трагедия! Жизнь моя разбита, понимаешь! Я не живу, я существую!
– А уродов этих наказать хочешь?
– Каких уродов? Которые Марину мою? Да я все бы отдала, чтобы они все сдохли!
– Ну, так, может, их найти надо?
– Они Марину мою убили! Они Лешу моего убили! Они меня убили!
– Наказать их за это надо, – гнул я свою линию.
Но Алевтина меня не слышала, продолжая причитать:
– Будь они все прокляты! Пусть они горят в аду! Пусть они вечно горят в аду!
