—Не отказался бы…
Медленно темнело за окном. Оно понятно, что зимой темнеет рано, но…
—Еще одну ночь без сна я не выдержу, — задумчиво проговорил Лешка.
Дверь распахнулась и в комнату медленно, с осунувшимся лицом вошла Ленайра. От ее знаменитой невозмутимости не осталось и следа. Сейчас ее трудно было назвать Ледяной Принцессой. Шла с чуть пошатываясь, серой от усталости лицо, платье пропиталось потом, волосы… художественный беспорядок.
Устало оглядев всех, кивнула.
—Добилась всего, чего хотела, — кивнула она, после чего плюхнулась в кресло и прикрыла глаза.
—А… — начал было Витька, но был остановлен Борисом, который привстав с места, вгляделся в лицо девушки.
—Она уснула.
Лешка подошел к Ленайре, прислушался к ее дыханию. Растерянно оглядел друзей. Но тут же его лицо приняло решительное выражение. Склонился перед девушкой и аккуратно поднял на руки. Ленайра склонила голову ему на плечо, что-то пробормотала во сне и снова отрубилась. Лешка развернулся и ни на кого не глядя направился в ту комнату. которую занимала Ленайра.
Когда он не появился спустя тридцать минут, Борис поднялся.
—Ладно. Судя по всему до завтрашнего обеда мы ничего не услышим.
—Ты хотел сказать до утра? — влез Витька.
—До обеда. Судя по состоянию Снежка, она вряд ли проснется раньше полудня. Тогда и узнаем подробности. Главное она сказала, а значит идем отдыхать. Всем нам здесь здоровый сон не помешает… Надо только Ригену сообщить новости… Хотя, полагаю, ему и без нас скажут.
—Но лучше все же услышать от своих, — кивнул Витька. — Схожу, заодно, проветрюсь… надо же… голова кружится… Прогулка точно не помешает. — Слегка пошатывающейся походкой он направился к выходу.
Непонятно откуда, но на следующее утро почти все обитатели поместья знали, что переговоры вышли выматывающими и все их участника отдыхают и просят их не тревожить до вечера. Причем устали так, что забыли отменить распоряжение никого не выпускать, отданное накануне. Напрасно граф Дюк кричал и топал ногами – гвардейцы остались непреклонными. Они искренне хотели помочь, проявляли максимум уважения, но идти навстречу сначала просьбам, а потом требованиям категорически отказывались.
—Поймите, мы не можем идти против приказа лорда, — разводили все руками. — Вот проснется, тогда… Все устали. Но вы можете послать гонца… Приказ выпустить кого-нибудь с письмом есть. Вы же должны известить императора о результатах?
Судя по выражению лица графа сообщить он хотел лично, но… либо гонец, либо ждать когда проснется лорд Торрен. И в общем-то графу была совершенно ясна подоплека этих действий, но предъявить ничего нельзя, а качать права… силенок маловато. Лешка имел сомнительное удовольствие наблюдать устроенных графом скандал слугам Торренов. К счастью Дюк его не заметил, а том бы начал требовать разбудить Ленайру, чтобы она разбудила лорда Торрена и тот дал бы ему разрешение покинуть дом.
—Сам не спит и другим не дает, — рассказал друзьям Лешка уже в комнатах, посчитав, что сейчас лучше их не покидать.
—Кто? — из-за двери выглянула сонная Ленайра.
—А… а ты не хочешь еще отдохнуть?
Ленайра глянула на часы-ходики в углу и мотнула головой.
—Некогда. Собираемся.
—Опять? — взвыл Витька. — ты же на ногах еле держишься! Вчера даже до кровати не дошла – в кресле уснула!
—Да? — Ленайра озадаченно оглянулась внутрь спальни, глянула на покрасневшего Лешку, благодарно улыбнулась ему и повернулась к Витьке. — Лучше быть уставшей, но живой, чем отдохнувшими, но мертвыми.
—Есть причина опасаться? — сразу насторожился Борис.
—Пока мы все собраны в одном месте? Сейчас единственная возможность для императора покончить со всеми нами одним ударом. Лорда Ригера тут нет, но потом и с ним можно будет разобраться. В замке для нас всех безопасней… Не в том поместье, где мы были, — добавила Ленайра, заметив открывшего рот Витьку, а в замке. Уйдем в него через Сосредоточие Рода. Мы в засаде… всю остальную работу берут на себя Ригеры и Торрены. В конце концов им разбираться.
—А ты?
—Вить, давай не здесь? Все по дороге. Гвардейцы предупреждены и ожидают только нас. Собираемся и тихонько уходим…
Пробирались какими-то захламленными коридорами, в которых, похоже, не убирались несколько лет. Вел их молчаливый мажордом Торренов, который с момента встречи не проронил ни слова. Поклонился и жестом пригласил следовать за собой.
Дом покинули тоже через рассохшуюся дверь, заросшую кустами, ее и не разглядишь сразу. Витька матерился сквозь зубы, когда продирался сквозь них. Причем вышли они с совершенно другой стороны от ворот. Правда на тропе их встретили гвардейцы Торренов, которые повели их дальше, а мажордом отправился обратно.
Провели их к воротам, опять-таки укрытых кустами, где в полной готовности ожидали их уже собственные гвардейцы Герраев. Обменявшись короткими приветствиями, оба отряды выехали за ворота.
