Каждый, кто желает учиться, – идёт по пути обретения сверхсилы.
Каждый, кто изучает историю своей семьи, – становится сильнее: мы обязаны помнить своё родство.
Каждый, кто влюблён, – становится сильнее.
Каждый, кто родил ребёнка и растит его, – гарантированно получает силу, потому что дети – один из самых надёжных её источников.
Жадный теряет силу. Лгун – теряет; каждое слово лжи гарантирует потерю энергии. Укравший – теряет ровно столько, сколько украл. Предавший друзей – теряет всю силу, полученную за годы дружбы. Предавший свой народ – лишается всех сил, превращается в пустую оболочку человека.
Еда придаёт сил, но обжорство – лишает.
Алкоголь – вроде бы допинг, но он обессиливает, это знают все пьющие люди.
Гнев умножает силы многократно – но потом их приходится долго восстанавливать.
Зависть – полностью обессиливает; приступы зависти следует преодолевать всеми способами.
Цинизм очень опасен: понемногу он выкачивает из нас энергию. Понаблюдав за циником, можно увидеть, что обычно он – бездействует, только говорит.
Малоподвижный образ жизни гарантированно ведёт к бессилию.
Как только вы приучите себя к самодисциплине, к простейшей самоорганизации – вы станете сильнее. Во времена Аввакума церковь регламентировала весь быт и всю частную, семейную, да и хозяйственную жизнь. Весь год был распланирован: сегодня постимся, завтра разговляемся. Большевики разгромили церковь и провозгласили атеизм – но их учение предполагало исключительно жёсткую самодисциплину и самоорганизацию. Советский Союз был царством дисциплины, насаждаемой и сверху, и снизу, – из этого была извлечена сверхсила, позволившая совершить титанический цивилизационный рывок.
Любой, кто придержит ради тебя тяжёлую дверь на выходе из метро, – даёт тебе силу. Если ты, в свою очередь, сам придержишь ту же дверь для другого – ты и сам станешь сильнее, и передашь часть силы другому. Бытовая вежливость, доброжелательность, простейшая культура сожительства – дают силу.
Простейшая социальная гигиена гарантирует прибавление сил: избегая общения с дураками, мы укрепляемся. И наоборот: беседа с тем, кто умнее тебя, всегда возвышает и подпитывает.
Люди – лучшее лекарство. В ситуации горя или сильного стресса нельзя оставаться в одиночестве. Общение с друзьями или родственниками, разговоры, даже на самые простые, отвлечённые темы, – спасают от отчаяния.
Изучение биографий героев гарантированно добавляет сил. Если они прошли через ад и не сломались – значит, и мы сможем. Положительный пример работает всегда.
Очень полезно иметь ролевую модель, брать пример с кого-то. Это всегда заряжает.
Любой, кто прочитает «Житие», зарядится и от самого Аввакума, и от текста. Так работает любое настоящее искусство: это всегда круговорот энергии. Любая хорошая книга – это аккумулятор, заряжающий читателя.
И наоборот: массовое развлекательное искусство, низкопробное, похищает наши ресурсы, отбирает время и внимание, ничего не давая взамен. Все мы знаем, как это бывает: можно пойти в кинотеатр, посмотреть блокбастер, на производство которого потрачены огромные деньги, – а потом почувствовать себя обманутым.
Примыкание к любой традиции обязательно придаёт дополнительные силы. Религия – это духовная традиция; примкнул – обрёл силу. Силу традиции нельзя недооценивать. Я дружу с язычниками, родноверами, – у них своя традиция, и они выглядят исключительно сильными людьми, и физически, и нравственно. Я от них заряжаюсь.
Любое искусство – это система традиций. Я всецело принадлежу к отечественной литературной традиции, и в любой момент, когда захочу, подпитываюсь от неё энергией. В этом смысле я счастливый человек, благополучный, укоренённый, заякоренный. Мой путь – ясен; мне хорошо.
Из всего, изложенного выше, ясно, что источники силы, или сверхсилы, титанической энергии, – находятся повсюду; их нужно просто уметь видеть.
Все мы ходим по крепчайшей, неуничтожимой, непоколебимой земле, спрессованной из праха наших предков; когда время наше истечёт, мы сами станем частью этой земли – и укрепим её собой.
Больше знать, больше помнить, шире смотреть, твёрже ступать, жарче любить.
Брать всё, но отдавать больше.
Знать меру во всём, кроме любви; в любви же меры нет.
