Но даже ведьмы не обманывают ради обмана. Только когда хотят чего-то добиться, а от солярийского маркиза Бео ледяной колдунье было ровным счетом ничего не нужно. С того момента, как он передал ей бриллиант с застывшей в глубине звездой.
– Санстар, нам пора, – коснувшись его плеча и, кажется, даже с невесомой тенью кокетства напомнила Айсольда. Да, приглашение на Карнавал было настоящим. И ровным счетом ничего не значащим.
– Завтра же я вернусь на Солярию, – тихо пообещал юноша.
Колдунья неопределенно дернула плечом, милостиво оставляя за ним право завтра уезжать хоть в родное королевство, хоть к Даркару на куличики – ей было все равно.
– Ты… ты, кажется, порезалась этим кристаллом. Надо обработать, иначе испачкаешь платье кровью.
– А, пустяки. Вот, уже и не кровоточит, – поднимая рассеченную ладонь, улыбнулась Айси. Длинный порез действительно уже больше походил на обычную подсохшую царапину.
Только когда она протягивала цветок, эта царапина все-таки кровоточила – пара капелек шлепнулась в самую сердцевинку розы, окрасив мелкие внутренние лепестки бледно-бледно-лиловым узором тончайших прожилок, словно изморозью.
========== Часть третья. Сердце зимы. 7. Айша ==========
Айша уже с четверть часа сидела, полуприкрыв глаза и старательно делала вид, что крайне эмоциональные и довольно-таки бессвязные речи Стеллы, обращенные к столь же апатично внимающему Скаю – просто шумовой фон. Едва все успели наивно порадоваться, что недоразумения, кажется, закончились, как – пожалуйста, эстафетную палочку перехватили. И кто?
Эраклионский принц, искренне сочтенный Стеллой «виноватым» в готовом, по ее словам, сорваться празднике – солярийка преувеличивала, как всегда, но сама совершенно искренне в свои преувеличения верила – получив последние новости, сам отказался присоединяться к компании на Карнавал, чем вызвал удвоенную бурю возмущений. Солнечная фея полагала, что он обязан был переубедить Блум, а не капитулировать следом.
Наконец принцесса Солярии слегка выдохлась и, ввиду так и не достигнутого результата, демонстративно нахохлилась. С наступлением относительной тишины, Айша повернула голову, поймав измученный взгляд Ская, и с сочувствующей выразительностью «Это же Стелла, мы все ее так хорошо знаем» приподняла брови. Принц вымученно улыбнулся.
– Знаешь, – поднявшись из кресла и пересев на диван рядом с юношей, принцесса Андроса ободряюще коснулась его руки. – по-моему, тебе стоит отправиться на Землю вместе с ней.
Солнечная фея, все еще надеявшаяся собрать на грядущем празднике всю компанию вместе, обиженно засопела, но от возражений сумела воздержаться, согласившись, что возможность поскорее помириться для них сейчас все-таки важнее вечеринки.
– Не припомню, чтобы меня кто-то приглашал, – качнул головой принц.
– Так спроси, пока она еще не в общежитии!
– Не хочу навязываться.
– Болван! – с чувством подытожила Стелла звенящим от обиды голосом. Все, что касалось близких ей людей, блондиночка с детской искренностью принимала так же близко к сердцу, словно это относилось лично к ней, эмпатически «заражаясь» и радостями, и обидами… а порой и теми чувствами, которых близкие люди не испытывали, а только, по ее мнению, должны были. Сейчас солнечная фея готова была расплакаться от отчаяния.
Брэндон обнял подружку за плечи, пытаясь успокоить. На него девушка посматривала сердито, безмолвно требуя поддержки, но молодой офицер встревать в переругивания между особами королевской крови не намеревался: Стелла для него была важнее, но Скай – непосредственнее, по крайней мере, пока юноша находился на королевской службе именно Эраклиона. Поддержать чью бы то ни было позицию, особенно когда дело дошло до, пусть и беззлобных, но оскорблений, юноша явно счел бестактным.
– Ты же не собираешься весь Солнцеворот просидеть один в гостиничном номере!
– А почему нет?
Брэндон обнял Стеллу покрепче, явно намереваясь под этим предлогом удержать, если вдруг блондинке придет в голову, вскочив, от души наградить эраклионского наследника яростным подзатыльником. Айша искренне поняла оба эти порыва, в какой-то момент ей и самой захотелось хорошенько встряхнуть Ская за плечи, чтобы выдернуть из этой мрачной апатии.
В одной из комнат гостиничных апартаментов заиграла трель видеофона. Механически извинившись, принц встал и – кажется, даже порадовавшись поводу прервать разговор – пошел отвечать на звонок.
– Пойдем в кафе, к остальным? – слегка устало, хотя сам в разговоре не поучаствовал ни словечком, поинтересовался у обеих принцесс Брэндон. Стелла возмущенно сверкнула на него золотистым отсветом светло-карих глаз. – Ну какой смысл препираться, только хуже делаем.
– Но на самом-то деле они хотят помириться!
– Значит, и помирятся. Только мы за них этого точно сделать не сможем, хватит его теребить. Я этого упертого барана с детства знаю, построит из себя денек великомученика да перестанет дурить, а от навязчивого внимания только хуже!
– Но не в праздник же! – капризно возразила златовласка.
