Система тут же вежливо отозвалась: «
— Ты чего! Это же классное оружие!
Вытащил у него револьвер, откинул барабан — в тусклом свете блеснули все шесть патронов. Защёлкнул обратно, прицелился, но с досадой вспомнил, что мы решили не поднимать шума. Но, чёрт возьми, если тут есть подобное оружие, может ещё что-то найдётся? Я ринулся открывать деревянные ящики. И в одном из них обнаружил настоящий клад — бриллиантам и золотым слиткам я бы обрадовался меньше — пахнущие остро и сильно машинной смазкой дробовики, револьверы и пара томми-ганов — пистолетов-пулемётов Томсона, любимое оружие мафии начала двадцатого столетия.
Система радостно откликнулась: «
Неплохо. Мало того, что я нашёл классное оружие, так мои статы обогатились баллами. Грегор с плохо скрываемым удивлением наблюдал, с каким детским восторгом я вытаскивал эти непонятные для него штуки. Попытался объяснить ему, как стрелять из дробовика, но он лишь покачал головой и с явным сожалением отдал.
Я успел лишь вытащить пару красных коробочек с картечными патронами, зарядить дробовик, как началась потеха.
Откуда-то сверху посыпались мобы — охранники, одетые в светло-серую униформу — бриджи и мундиры, перетянутые коричневыми ремнями.
Мы спрятались за ящиками. Грегор косил врагов из арбалета, а я с удовольствием разряжал в их бошки дробовик. Но они шли и шли нескончаемой волной, словно у разрабов что-то зациклилось, убитые враги возрождались и пытались вновь напасть на нас.
Я вдруг вспомнил правило любого шутера — целься в голову. Собрался, перестал красоваться и палить, куда попало. Подпустил поближе, прицелился и точным выстрелом снёс бошку одному из мобов, только эффектно брызнули мозги. Схватил томми-ган, и выпустил очередь прямо в физиономию другого охранника. Он дёрнулся и свалился ничком.
— В голову целься, — бросил я, заметив краем глаза, как Грегор понимающе кивнул.
Наконец, игра дала нам передышку. Я оглядел поле боя и вызвал меню.
— Сколько у тебя? У меня семнадцать.
— У меня — восемь, — ответил Грегор.
За семнадцать убитых мобов я получил 340 очков чистыми, плюс премиум-баллы за быстрое убийство и «фаталити», когда удавалось выбить пару десятков очков из трупов.
«
Когда мы выпили за победу, я завинтил свою фляжку и предложил:
— Пошли в рубку, сбросим бомбы и отправим это летающее дерьмо к праотцам.
Я подошёл к штурвалу, взглянул на приборы и только потянулся к рычагу управления, как ощутил дуло, которое больно уткнулось мне в спину.
— Подняли руки. И медленно повернулись. Без шуток.
Развернувшись, с досадой я увидел троих — двух охранников, которые держали нас на мушке. И рядом с ними высокого статного мужчину, одетого во все белое — шаровары, шёлковая рубаха, сверху вышитый жилет. Правильные и невероятно знакомые черты лица: высокий лоб, выступающий подбородок, идеальной формы нос, резко очерченный рот.Он подошёл ближе:
— Кто вас послал?
— Достойный Восхищения принц Адгер, — поклонился один из охранников. — Они прибыли на летающей машине оттуда, — он махнул рукой в сторону горной гряды, где прятался завод.
— Ясно, — принц сложил руки на груди, не сводя с меня пристального взгляда ярко-голубых глаз. — Вас послал мой брат, — он усмехнулся, но лицо осталось жёстким. — Выбросите их за борт.
Охранники схватили нас сзади за руки и потащили к выходу.
Дверь распахнулась, дохнуло влажным холодом. Заклубились у ног снежные шапки облаков. Сильный толчок в спину и я выпал прямо в эту пугающую бездну.
Я не понимал, что со мной — падаю я, или завис в пространстве. Это напоминало падение Алисы в колодец из сказки Кэрролла. Иногда я словно проходил сквозь плоские крутящиеся многоугольники и вновь попадал в пустое пространство без верха и низа. Я не мог погибнуть, а, значит, не мог вернуться в точку респауна. В душе копилась досада и недовольство. Я жаждал вернуться, неважно куда — на дирижабль или лишь в чекпоинт, где мы простились с Маруной.
