Он кивает. Губы сжаты в одну линию.
Выскочив из машины, я бегу назад, пытаясь развернуть хвост. Черт, а тяжёлый-то какой, зараза. Сколько же весит-то эта штука? Но желание победить удесятеряет силы. Краем глаза замечаю, как толпой бегут фрицы. Подпустив одного поближе, разряжаю остаток магазина. А, не ожидали, сволочи! Один ублюдок замер столбом и рухнул, как подкошенный.
Рывком ставлю хвост, открываю люк и ужом забираюсь внутрь.
Самолёт, недовольный непосильной ношей, натужно урчит, взбрыкивает, как необъезженный жеребец, но вдруг начинает разбег. Пару секунд страшного ожидания. Отрыв! Взлетели!
Меня швыряет о борта, сжав челюсти, я цепляюсь за шпангоуты, пытаясь удержаться. Спустя пару минут, самолёт вновь устремляется вниз. Подскакивая на ухабах, мчится по земле и вновь взлетает. Перед глазами плывут синие и красные круги.
И когда я уже готов потерять сознание, сквозь залившую горло кислоту, ощущаю, как самолёт плавно идёт вниз. Вздрагивает от касания с землёй. Сели.
Кто-то вытаскивает меня из люка. Напряжение, парализующее меня, спадает. Обмякнув, я едва не падаю, но чьи-то сильные руки подхватывают меня.
Из кабины выбирается Гришка. Голубые глаза смотрят немного насмешливо, мол, чего тут особенного — ну спас я тебя. Так любой бы сделал.
Сжав от боли челюсти, я спустился в землянку КП, и доложил командиру полка о выполнении задания.
— Как это вернулись? — слышу его удивлённый и одновременно радостный возглас. — Оба? Но как?! Я видел, что сел один самолёт! Ну, черти…
И тут на самой высокой ноте всё так неуместно начинает расплываться, таять как сон. Так не хочется расставаться с этим местом, пройти весь путь до Победы и пролететь над разрушенным Рейхстагом!
Но система безжалостна: «
Когда рассеялся туман, я обнаружил, что стою опять на краю плато рядом с обессилевшей Маруной. И теперь придётся вновь проходить всю миссию. Но на этот раз, попав на дирижабль, я уже не стал мучиться с арбалетом, а сразу сунулся в ящики — нашёл дробовики, револьверы. Дело пошло быстрее.
Когда все вокруг было завалено трупами, я сказал Грегору:
— Пойду к штурвалу, а ты следи, чтобы ко мне на спину никто не прыгнул.
Он понимающе кивнул, натянул тетиву на арбалете, а я отправился в рубку. Скрипт на то и скрипт, что всегда знаешь, когда и где он повторится. И вряд ли разрабы стали что-то менять.
Подошёл к штурвалу, ожидая с напряжением, как дуло воткнётся в спину. Но вместо этого услышал свист болта, тихий вскрик и звук падающего тела.
Обернулся. Рядом с висящей конструкцией валялся охранник с болтом в спине. Но больше никто не появился. И подождав пару мину, Грегор оказался около меня. Но озираясь на любой шорох, встал так, чтобы видеть всех, кто мог бы напасть на нас.
— Слушай, Грегор, — после минутного раздумья, сказал я. — Давай, слетай на экранолёте к нашим, и предупреди, что я прибуду на дирижабле. Ну, чтобы они не подстрелили меня.
— Нет. Я с тобой останусь, — твердо, даже упрямо, тоном, не терпящим возражения, ответил Грегор. — Вдвоём сподручней. Зачем нам вообще дирижабль?
— У меня идея появилась. На нём мы можем подняться в верхний город, и никто нас не обнаружит, потому что здесь…
И тут я осёкся, вспомнив, что принц Адгер так и не появился. А я ведь надеялся, что смогу захватить его в плен. Передать Дамиру и, закончив миссию, улететь отсюда. Но скрипт не выполнился. Тот скрипт. И это выглядело странно и непредсказуемо. Во всех случаях, когда я погибал, проходил штрафные миссии, все действия повторялись один к одному. И вдруг что-то пошло не так. Словно разработчики опомнились, изменили сюжет.
— Что потому что? — не понял Грегор.
— Знаешь, — быстро нашёлся я. — Давай обыщем дирижабль. Вдруг ещё кто-то спрятался? А?
— Отлично!
В его глазах мелькнуло что-то неприятное, смахивающее на собачью преданность. Словно он был готов выполнить любой, даже самый дурацкий мой приказ: выпрыгнуть из дирижабля, или закрыть меня от пуль. И все это он собирался проделать, не раздумывая.
Открылся выход из дирижабля, ударил поток воздуха, пронизал насквозь холодом, заставив кожу покрыться мелкими противными пупырышками. Но на этот раз нас никто не собирался выкидывать — рядом парил экранолёт.
Когда мы с Грегором перебрались на передние сидения, я повёл аппарат наверх, на техническую палубу. Причалил к мосткам, который огибали по периметру дирижабль. Прошли по ним и вместе мы открыли тяжёлую дверь.
Но стоило нам оказаться внутри, как на нас попёрла новая волна врагов — все в той же светло-серой униформе, со странно пустыми безумными глазами, словно зомби или куклы, созданные безумным кукловодом.
