Под яблоней спали волки, которые не трогали людей в пределах тени, что отбрасывали ветви. В густой кроне вили гнёзда птицы. Под корой, говорят, жили духи. В дупле-расщелине — старый бог леса. А в корнях — души путников, которые не смогли дойти или наоборот вернуться обратно от дерева, ведь путь к нему опасен. А под самыми корнями, глубоко-глубоко в чёрной земле, по легендам хранится сундук с бессмертием. Только достать его никто не решается, боясь погубить дерево. Ведь если оно умрёт, дары свои заберёт с собой, а за тем погибнет и весь лес, и близлежащие земли… Да и волки, медведи и птицы, нашедшие свой приют в древней яблоне, не позволили бы нарушать земной покров рядом с ней.
Трава там по слухам голубая, мягкая и звенящая на ветру. Нигде больше такой нет. И ступишь на неё — будто в реку зашёл. А ляжешь заснуть — не проснёшься более никогда… Но если собрать хотя бы небольшой её пучок, высушить правильно и приготовить, то получишь лекарство, способное излечить едва ли не от всех болезней.
Люди, правда, потеряли знания об этом и отныне голубую траву собирать и готовить могут только боги. Поэтому ещё она и считается священной и не принадлежащей никому из людей.
А ещё, поговаривают, трава эта могла снимать проклятия наравне с тем, как лечить недуги.
И Арюшка, глядя на то, как солнце розовыми лепестками распускается на горизонте, решила, что ради своего лорда и любимого брата, пойти может не то, что к волшебному древу, а на край земли.
— Звала? — Милах остановился у крыльца, заставив Арюшку вздрогнуть.
Хотя, как она могла не заметить его?
Такой живой, тёплый, настоящий… Пшеничные волосы видны из под шапки, искрились они золотом под рассветными лучами. В глазах плавился лёд. Ресницы белёсые, будто облепленные снегом. Широк в плечах, статен, красив. И знаком ей…
А не люб. Всё-таки, похоже, что не люб.
— Присмотришь за котом и крысой? — спросила Арюшка, поднимаясь с крыльца и отставляя на перила всё ещё горячую кружку с чаем.
С недавних событий прошло совсем немного дней, а кажется, будто вечность. Только вот лишь Арюшке кажется так, другу её напоминает обо всём всё так же саднящие раны и ноющее сердце.
Мил словно помрачнел, показалось даже, что вот-вот развернётся и уйдёт. Но вместо этого он неожиданно усмехнулся и принялся чесать затылок, сбивая меховую серую шапку набекрень.
— Вот как, а я то подумал…
— Милах, — покачала она головой, — прости, ты хороший, но…
— Не продолжай. Сколько тебя не будет, ты в город собралась, что ли? Путь туда неблизкий. Кто повезёт, с кем-то уже договорилась?
— Стой, — выставила Аря перед собой ладошку с варежке, — не тараторь ты так! Не в город я. Куда иду, секрет. Просто знать хочу, что кот накормлен будет, а крыса, соответственно, не съедена им.
Мил вздохнул тяжело, но во взгляде его, пусть и плескалось непонимание и досада, всё же лучилось согласие и надёжность.
— Отпускать тебя страшно одну…
— Я с псом иду, — улыбнулась Арюшка. — Да и право не имеешь удерживать меня!
— А если с тобой увяжусь?
— Кота и крысу доверить больше мне некому… — как-то даже по-детски насупилась Арюшка. — Пришлось бы остаться, да не прощу тебе этого! — тут же вскинулась она, и Милаху пришлось сдаться.
— Я тебя отблагодарю потом, — пообещала Арюшка. — Если всё хорошо будет и у меня всё получится, не пожалеешь, что помог мне.
— Я никогда не пожалею, если действительно помощь тебе оказываю. Для меня это честь. А ты, — улыбнулся он горько, — не обещай мне ничего взамен, коль дать одно единственное, желаемое мне, не можешь.
На это она ничего не ответила, молча впустила его в дом, показала, где какие хранятся продукты, дала некоторые указания. И забросила в свою сумку последние приготовленные в дорогу вещи. После чего тут же вознамерилась уйти, кликнув пса и помахав Милаху рукой на прощание.
И странное ей так стало, что легко её отпустил. Странно настолько, что душу охватила ещё большая тревога, чем была до того…
Когда был младше, Милах видел во снах себя рыцарем или магом, а как то раз и драконом был. Конечно, он спасал прекрасных дам, сражался со злом, всегда выходил победителем.
Повзрослев, он помог людям избавиться от опасной волчьей стаи. Сам Волком зваться стал. Простым героем был и дальше, просто не делая никому зла.
Оказалось, этого достаточно.
А затем рядом с его деревушкой, на кромке леса поселилась в старой хижине колдунья. Только никакой колдуньей Арюшка на самом деле не являлась. Просто чуднАя она и нравом, как ребёнок. Только очень умный и воспитанный ребёнок.
И вспомнились ему детские фантазии и сны. Простым героем быть для Арюшки казалось мало. Нужно было её от чего-нибудь или кого-нибудь спасти. А ещё воевать за неё. Добиваться её саму, при этом, конечно, не забывать об уважении. А то можно и доиграться, да не заметишь, как её пришлось бы кому-то спасать от самого Милаха…
Он слышал о таких историях и наблюдал за подобным ни раз и не хотел уподобляться таким парням.
Нет, коль люб ей не станет, не будет докучать. Но что, если она полюбилась ему?
