Аллен Хюберт рассмеялся и, поклонившись, ушел. Еще какое-то время я просто стоял, погруженный в размышления.
История запомнит Баэля как бессменного де Моцерто. А мне будет достаточно фразы: «Его истинный ценитель Коя де Морфе».
После выступления у входа в Зенон-холле меня ждал Тристан. Я постарался изобразить удивление, чтобы отвести от себя малейшие подозрения по поводу подслушанного разговора.
– Тристан, ты почему здесь?
– Случилась большая беда, Коя. Ты должен пойти со мной в городскую управу.
– Что? Зачем?
– Нас хочет видеть начальник лейб-гвардии.
– Подожди, да что случилось?
Тристан ускорил шаг, я старался не отставать: нас ждал экипаж. Только когда мы сели и повозка тронулась по направлению к городу, друг наконец ответил на мой вопрос:
– Они задержали Антонио.
– Задержали?
В моей голове роились всевозможные предположения. Может, он решил утопить свою злость в алкоголе, а потом устроил пьяный дебош? Или подрался с Хюбертом, так и не смирившись с тем, что тот женится на Лиан?
Нет, Аллен Хюберт несколько минут назад разговаривал со мной, целый и невредимый.
– За что его задержали?
– Не знаю, Коя. Но это что-то серьезное, крайне серьезное. – В голосе Тристана звучала тревога.
Что же могло случиться в нашем тихом и спокойном городе, где главной проблемой были стычки между пасграно и мартино? Серьезные происшествия, с привлечением гвардии, происходили крайне редко. В каком страшном правонарушении замешан Баэль, если его взяли под стражу?
Прибыв к зданию управы, мы поспешили внутрь. Суровый юноша в униформе мерил большими шагами холл, он сразу заметил нас и тут же подошел.
– Вот и вы. Пройдемте, вы должны увидеть это.
Тристан, следуя за гвардейцем, послал мне вопросительный взгляд. В ответ я лишь пожал плечами.
Я сразу опознал человека впереди – Крейзер Крузе, капитан лейб-гвардии, который уже давно точил зуб на мою семью из-за предположительных финансовых махинаций отца.
Мы спускались по лестнице все ниже и ниже. Становилось зябко, в нос ударил отвратительный запах, накатила тошнота. Достигнув самого нижнего этажа, Крейзер без предупреждения распахнул дверь. Случайно заглянув внутрь, я мгновенно отвернулся с отвращением.
– Что это? – дрожащим голосом спросил я, прислонившись к стене и изо всех сил сдерживая рвотные позывы.
Гвардеец ответил, словно издеваясь:
– А вы как думаете?
– Только не говорите… что это Баэль.
Ноги перестали слушаться, и я повалился на пол. Боль от возможной потери захлестнула меня с головой, щеки вмиг стали мокрыми от слез. Не может быть… Этого просто не может быть… Только она могла сделать такое с Баэлем. Эта проклятая скрипка из легенды! Аврора!
До слуха донесся смешок Крузе:
– Это не труп Баэля. Но он имеет к нему непосредственное отношение.
Я поднял голову, встал и, не заметив открытую дверь, с размаху ударился об нее. Но я не почувствовал боли – у меня появилась надежда…
– Так он жив?!
– Жив.
Тристан облегченно выдохнул. Но вторая часть фразы капитана не дала мне расслабиться, и я спросил:
– Что вы имели в виду, когда сказали, что Баэль имеет отношение к этому?
– Для начала поднимемся наверх, к вашему другу, раз самое главное вы уже увидели.
Тристан резко вскочил, мечтая поскорее убраться отсюда подальше, и первым стал подниматься по лестнице. Только я собрался последовать за ним, как Крейзер сжал мое плечо стальной хваткой. Наклонившись ко мне, он угрожающе зашипел:
– В этот раз даже деньги папаши тебя не спасут.
Не говоря ни слова, я скинул его руку и поспешил за Тристаном. На душе было неспокойно.
Мы первыми поднялись на верхний этаж и, дождавшись капитана, последовали за ним по петляющим коридорам. Он привел нас в комнату, где в одиночестве сидел Баэль. Его лицо посветлело при виде Тристана, но в ту же секунду, как будто вспомнив о недавней ссоре, он снова нахмурился. Не обратив на это ни малейшего внимания, Тристан крепко обнял Антонио.
– Ну и напугал же ты нас! У меня душа ушла в пятки, когда я увидел тело.
– Подумал, что это я? Мы же виделись утром, я бы не успел превратиться в такое всего за несколько часов, – ответил Баэль ледяным тоном, но на мгновение взгляд его растаял. И тут он заметил меня. – Ты опять плакал?
В его голосе, как и всегда, чувствовалась издевка.
– Представь себе! – Я сорвался на крик, который удивил не только его, но и Тристана.
Я резким движением вытер слезы, собираясь высказать все, что думаю, но губы снова предательски задрожали, и я сжал их как можно крепче. Горло снова сдавило.
– Ты решил, что я умер. – Баэль словно насмехался. – Как и Тристан, ты подумал, что Аврора убила меня.
Я посмотрел ему в глаза, ощущая озноб по всему телу. Полные разочарования, они как будто спрашивали меня: «Как ты мог поверить, что она не признала меня? Ты же видел, что произошло в Ледяном лесу».
Я уже был готов извиниться, но осекся, уловив неприязнь в его взгляде.
В комнату вернулся Крейзер.
– А теперь, маэстро, постарайтесь-ка объясниться, – потребовал он, сев напротив.
