— Не знаю. Попробуй спроси, если тебя не пугает перспектива получить в висок топор. Есть такие темы, одно упоминание которых приводит его в ярость, хотя снаружи он терпит до последнего.
Лета уже открыла рот для следующего вопроса, но тут услышала весёлый женский смех. Она даже не стала оборачиваться, зная, кому он принадлежит и что его вызвало. Однако, когда он повторился с удвоенной силой, она позволила себе чуть повернуться и украдкой взглянуть на Бору и Марка за её спиной.
Вчера он подстрелил оленя, который сошёл им и на ужин, и на завтрак, и на потом. Игнорируя утверждение о том, что охота — сугубо мужское дело, Бора отправилась с Марком, и тот не был против. Лета наблюдала за всем с интересом учёного, проводящего опыты над хомячками. С одной стороны, это касалось только Марка, с кем ему быть, а с другой… Лета вспомнила Иветту, одинокую, замученную своими волшебными книжками и зубрёжкой формул заклинаний, отчаянно мечтавшую от том, чтобы покинуть когда-нибудь стены Оплота. Ничего не было для неё прекраснее, ничего не пахло свободой так, как Марк — широкоплечий, синеглазый, лохматый, словно порождённый теми самими дремучими и тёмными лесами, которые наполняли фантазии магички. И вот он, ухлёстывал за тощей северянкой. Вся сказка любви Иветты и Марка будто бы разрушилась.
— Ты так смотришь на Бору, будто хочешь её взглядом испепелить.
— Что ты, нет, — очнулась Лета, вновь возвращаясь к Родерику.
— Но тебе не нравится, что она оказывает внимание Марку, да?
— Родерик, — вежливо проговорила Лета, — ты. как это помягче сказать, суёшь свой нос не туда, куда следует.
— А куда следует? Хорошо, поговорим о тебе и о Коноре.
— Чего?
— Тогда о чём нам говорить?
— О тебе и о Коноре, — раздался сзади колючий голос. — Интересно, что же за сплетни о нас со змейкой сочинили, поделись-ка, Родерик.
Он отвёл взгляд, а Лета, наоборот распрямила плечи и вперила в Конора недовольный взор.
— Я поговорил с Сигвуром. Он согласен нас перевезти, — объявил он громко, так, чтобы склонившийся за какой-то книжонкой на дальнем конце стойки Логнар поднял глаза.
— Какова цена?
— Их содействие мне обошлось очень дорого, — проговорил Конор. — Я надеюсь, мне возместят убытки?
— В Леттхейме.
— Явно не из кармана моего папаши.
— Ты получишь свои деньги, если мы доберёмся до острова и обратно целыми и невредимыми.
— Да ладно, вы ему ещё и платите? — хмыкнула Лета.
Он повернулся, чтобы смерить её ехидным взглядом.
— Как и тебе, змейка.
— Знаешь, тащиться через весь Север, чтобы помочь тем, на кого мне начхать… За это можно требовать плату.
— Ты удивишься, но я делаю то же самое. А по поводу «целых и невредимых», Логнар, это уже не от меня зависит. Многие из вас, если не все, сами же устраивают себе проблемы.
— Великан — целиком твоя вина, Конор, — огрызнулась Бора.
— А чего вы хотели? Вы в диких землях, котята. Знали, куда шли.
— Был же и безопасный путь, который ты проигнорировал, решив рискнуть жизнями других, — вставила Лета.
— Девочки! По очереди, я всех ублажу, не бунтуйте.
— Конор!
— Логнар! — передразнил он, скривив губы в насмешке.
Лета вздохнула. Кернун великий, какое же ему удовольствие доставляло глумление над всеми, кого только задевали его слова. Бросал наживку в виде какой-нибудь циничной или пошлой реплики, а когда рыбка её заглатывала, опускал осмелившегося вступить с ним в дуэль собеседника ещё ниже, наслаждаясь гневом и возражениями оскорбившегося. Он был невыносим.
— Мне вот интересно: ты вообще затыкаешься когда-нибудь? — спросила она тоном, как будто ей было совершенно всё равно, что он ответит.
— А ты?
«Метко. Скотина, я убью его когда-нибудь».
Она смолчала, подумав, если она не ответит, он потеряет интерес, но не тут-то было.
— Длинные языки в этих краях отрубают, — продолжил Конор.
— Отчего же твой всё ещё в твоём поганом рту?
— Я его вовремя придерживаю, в отличие от некоторых.
— С упоением жду этого момента, который никак не настанет.
Он наконец повернулся и провёл взглядом по её телу, издевательски медленно, заставляя Лету верно растолковать его чересчур явную мысль.
— Какого… именно? — почти ласково прошептал он.
— А у нас с тобой их много?
— У нас с тобой — целый список.
— Дашь взглянуть?
— А что мне за это будет?
— Э… Ничего, надо полагать, — пустая усмешка прошлась по губам девушки.
— Совсем ничего?
— Могу подарить волшебный пинок.
— Не нарывайся.
— Я? — притворно удивилась Лета.
