«Александр Ноксис Фейрейнер. Я долго ждал прибытия Ледяного Принца», — голос Осло громыхнул в моём сознании с яростью падающей воды на камень. Это потрясло мои кости и заставило моё сердце забиться быстрее. Ледяной Принц. Титул, придуманный людьми с учётом моей внешности и в дальнейшем вбитый на место моим отцом. «Слишком отчуждённый и отстранённый, — продолжил он. — Как ты планируешь приобщиться к своему народу?»
В конечном счете, я нашёл взаимопонимание со своими людьми, мне просто потребовалась смерть, чтобы сделать это.
«Честно говоря, у меня никогда не было намерения являться сюда», — подумал я, возвращаясь к тому, что, как я предполагал, было духом Осло.
Шар дрогнул.
«Мы знаем», — раздался коллективный вздох, порыв ветра от множества голосов, и волосы у меня на затылке встали дыбом. Боги? Возможно. «И всё же мы ждали. Вопросы к тебе были подготовлены. Ответ будет расцениваться подобающим короне».
«Мне не нужна корона».
Раздалось хихиканье голосов в контрастных октавах, но потом грохот Осло прогнал их всех.
«Почему?»
«Потому что я не считаю себя достойным».
Тишина растянулась в бесконечной бездне. Наконец, раздался смешок, больше похожий на скрежет двух камней друг о друга.
«Почему?»
«Это ваш единственный вопрос?»
Я огляделся, гадая, куда подевались Кост и Озиас. Никакой другой фигуры не было видно в клубящемся месиве теней. Ни малейшего проблеска красного. Сладкое облегчение омыло мои чувства, и на мгновение мне захотелось остаться. Навсегда пойманным в паутину Осло и странно свободным от клятвы. Пока я в ловушке, Лина будет в безопасности.
Лина.
Моё сердце громко забилось, и шар подплыл ближе.
«Вопросы задаю я. Почему ты недостоин?»
«Я убил ту, что заслуживала править. Она была доброй и справедливой. Моя кровь не наделяет меня теми же качествами».
Из темноты донёсся раскат грома, и шар медленно приблизился.
«Ты выдвигаешь интересные гипотезы». Без предупреждения шар проплыл сквозь меня и осел в моём сердце. Нежное тепло, сопровождаемое невыносимым чувством знания, затопило мой разум и выстрелило наружу до кончиков пальцев. Бесчисленные пары глаз изучали меня из темноты. Они моргали, как звёзды, и взвешивали то, что видели. Я жаждал теней. Такого рода темнота не давала мне той отсрочки, к которой я привык. Вместо этого я оказался слишком беззащитен.
Шар покинул моё тело. Непостижимая пустота растянулась в моей груди, и я вздохнул.
«Ты боишься, что сделаешь то же самое со своей связанной парой. Скажи мне, она добрая и справедливая?»
«Да». Тепло собралось в моих ладонях и прогнало холод, оставленный его словами.
«Заслуживает ли она править?»
Я нахмурился.
«Она управляет своим народом. Я сомневаюсь, что она заинтересована в том, чтобы вести тех, кто приговорил Заклинателей к изгнанию после Первой Войны».
Неистовое возбуждение вырвалось из шара, и сверху начали падать пылинки чистого кристаллизованного света. Потоки сверкающей пыли следовали за их падением. Голос Осло казался более лёгким:
«Как ты думаешь, Зейн заслуживал того, чтобы править?»
Зейн. При звуке его имени что-то зашевелилось у меня глубоко в животе. Его кровь жила во мне, и казалось будто маг, узнавший его имя, разбудил дремлющую часть меня, его самого. История называла его Гадюкой Вильгейма за его боевую доблесть и ловкость, и внезапно я увидел изображение змея с чернильно-чёрной чешуёй. Змей развернулся передо мной, капюшон широко распахнулся. У Зейна никогда не было шанса взойти на трон, но теперь, благодаря моей крови, он мог это сделать.
«Не могу сказать».
«Почему?»
