Вот коридор. Потом поворот, потом ещё поворот. И лестница с нескончаемыми ступенями, словно ведущая в бездну. Там он всегда отбывал наказания. Но сейчас лестница шла словно в другую сторону. Почему бы и нет. Это ведь её замок, подчиняющийся её злой силе.
Он почти бежал вниз, по ступеням, всё глубже и глубже в самую черноту замка. Тени сгущались над головой, становилось тяжело дышать. Но он чувствовал, почти видел перед глазами образ Мелиссы сжавшейся в комочек в мрачном тёмном подземелье. Сам не понимал, как, но видел, где она. Она верила в него и ждала. Гарольд усмехнулся. Жутко. И бросился к ней быстрее.
Вот и дверь. Та самая. За ней ждёт Мелисса. Конечно, она была заперта. И всё же его сила пока при нём. Он дотронулся до замочной скважины. Иней оплёл дверь и скользнул вовнутрь. Несколько секунд, щелкнул замок, рассыпавшись ледяной пылью и дверь распахнулась.
Гарольд вошёл в темноту, полную, такую, что не видно ничего. И вдруг один за другим загорелись светильники. Мелисса сидела, прижавшись в стене, обнимая сестру. А перед ней стояла Царица, грозная и гордая в своём величии. Её словно окутывала тьма. Такую её он видел тогда на поле боя. И уже не боялся. Пришло время.
- Ну что, ты пришёл? А я уж думала, что веселье начнётся без тебя, - голос Царицы гремел, отражаясь от сводов камеры.
Гарольд молчал. Разговоры он оставит ей. А ему надо защитить тех, кто доверился ему, тех, кто ему дорог. Он шагнул вперёд, к Мелиссе. Но Царица встала перед ними.
- Возьми эту девчонку и делай с ней то, что я скажу. А потом примешься за её сестру. Я приказываю тебе. – Царица указала рукой на сестру Лиссы. Та сжалась в комок пи крепче прижала к себе сестру. На сердце стало больно. Он не обидит её. Никогда. Приказ Царицы больше не имел над ней власти.
- Я не буду подчиняться тебе, - ответил он, сжимая рукоять меча. И с радостью увидел, как засияли надеждой глаза Мелиссы. Может когда-нибудь, он сможет назвать её свой женой. И ради этого стоило бороться до последней капли крови.
- А я приказываю тебе подчиняться, - в голосе Царицы в первый раз ему послышалась паника.
- Ты больше не имеешь власти надо мной.
Она вздрогнула и направила на него свою руку. Ледяная плеть сорвалась с пальцев и рассыпалась инеем, не причинив вреда. Несколько секунд она стояла молча, в изумлении, а потом подняла руку и повернулась к Мелиссе.
Гарольд сжал зубы. Нет! Он не успевает. Бегом он бросился к Лиссе и не успел. Увидел как смеётся Царица, воздев руки и как обмякает тело девочки на руках любимой.
- Ты думал, что сильнее меня? Нет! – Она хохотала, безумно кривя губы, а он добрался, наконец, до Лиссы.
Любимая прижимала к себе сестру и беззвучно плакала. Он поднял глаза. Царица всё ещё смеялась. А потом, отсмеявшись подняла руку. Сейчас она доберётся до Лиссы и он никак не сможет её защитить. Или сможет?
Гарольд выпрямился, расправил плечи и вытащил меч из ножен. Меч засверкал так, что стало больно глазам, а Царица отшатнулась, словно её ударили. От меча исходило едва ощутимое тепло, такое приятное и радостное. Он чувствовал его и впитывал, насыщаясь теплом, наслаждаясь им. После долгих дней зимы это действительно была радость, такая чистая и незамутнённая.
А дальше всё произошло внезапно. Царица не стала ждать, пока он успеет защититься, а мгновенно щёлкнула пальцами и ледяные стрелы полетели в них. Гарольд сам не понял, как взметнулась вверх рука с мечом, отражая стрелы, но они ударились в меч и отрикошетили в Царицу. Она взвизгнула и подпрыгнула. Но её стихией был лёд и иней и ни её стрелы, ни его сила не могла причинить ей существенного вреда.
Она только, разозлившись, сжала губы и шагнула вперёд, а потом снова подняла руки.
- Ты не сможешь долго сопротивляться мне, ты устанешь. И тогда ты погибнешь, а с тобой и эта девчонка. – Её голос гремел. А потом вдруг Царица рассыпалась на множество маленьких ледяных искорок. Он оглянулся. И успел увидеть как возле двери, словно в стене тумана встаёт она. А потом всё закружилось в метельной круговерти. Так что не стало видно никого и ничего вокруг. Только белое кружево. А ещё холод. Он снова пронизывал до костей.
Он должен был защитить Мелиссу, но не увидел её. Только белый вихрь, который становился всё сильнее и сильнее. А потом из вихря стали появляться молнии - то одна, то другая. Они обрушивались на Гарольда, так что он едва успевал поднимать меч.
А Царица хохотала. Где? Он не мог понять. Он двинулся к ней, на голос, но успел увидеть, только рассыпающийся инеем плащ. И всё равно он с усилием шёл туда, где только что видел её фигуру или слышал голос. И вдруг всё стихло. Метель и вихрь исчезли, в комнате снова было светло. А Царица снова стояла напротив Мелиссы, подняв руку.
Он не успеет. Доли секунды хватило, чтобы понять, что он опять не успеет. Она играла им, снова играла, чтобы увидеть его боль, его слёзы. Он рванулся к Лиссе и ноги вдруг примёрзли к полу. А Царица щёлкнула пальцами и девушка, побледнев, сползла на пол. Её лицо стало белым, словно она долго пролежала в снегу.
