В Стане пустынников сразу же началась паника. Она разрасталась по всему лагерю. Вскоре в каждой хижине веяло тревогой, в воздухе было напряжение, послышался звук бряцающего оружия, шаги солдат, которые целыми группами устремлялись к общей толпе, которая стояла перед лагерем, но разницы, где выставлять воинов не было. Враг окружал лагерь абсолютно со всех сторон, их было настолько много, что бежать было некуда… казалось просто бесконечность их окружает лагерь.
Яр не знал, что делать, он не мог усмирить воинов, вожди кричали что-то, но никто не слышал, всеми овладел страх. Огромная армия варваров не могла собраться с духом. Их было шесть тысяч, но они боялись… как забитые собаки. Солдаты людей скулили и кричали, взывая к снежным просторам. Их никто не спасет.
Кольцо начало сужаться. Теперь охотники видели, что на них идут мерзкие твари, все одинаковые, ни какая не отличалось от другой. Все были скользкими. Их клыки-кинжалы красовались белизной на восходящем солнце. Их когти скребли лед, который дрожал под ними, потому что их было действительно много.
Ничто не смогло бы противостоять им, и сейчас люди им не помеха, ничто на их пути. Просто им вот-вот суждено было стать пылью. Воодушевление не приходило в души и головы воинов-людей. Их терзало смятение. Смута затуманила войско… Страх бил ключом в их рядах, которые уже были расстроены.
Кольцо сузилось до такой степени, что охотники могли кидать копья, тогда лучники открыли огонь, без приказов… без чего-либо. Яр был уже где-то убит или попросту был затоптан насмерть, вдолблен в лед… Меж палаток уже тоже бегали насекомые и убивали всех, кого могли найти.
Охотники начал кидаться на тварей. Но насекомые не отвечали на выпады, тогда все замерли. Войско только внимало любым движениям… все замерло. Словно обе армии умерли ненадолго. Никакой охотник не кидал копьё и не стрелял, не замахивался… никто не кричал и не говорил. Твари не дергались…
Затем пустошь вдруг резко накрыл всепоглощающий шум, насекомые завопили темными ужасными своими голосами… охотники начинали падать на землю и хвататься за уши, потому что из них текла алая кровь и красила снег. Солдаты кричали от боли… Тогда шум также резко прекратился, и твари преступили к трапезе…
* * *
Маркус снова стоял на башне, теперь уже с грустным взглядом глядел в снега. Ему хотелось выйти из города, взять коня и поскакать в пустыню. И так далеко, пока копыта на застучат об края ледника.
Люк отварился и на башню взошел гонец. Это была Аскольд, он был в штанах, сапогах и дубленке, которую считали несколько "Варварской" одеждой. На голове его была меховая шапка. Юноша держал в руках письмо. Бумажный свиток, запечатанный. Он передал без слов его Маркусу, который повернулся на звук.
Властитель вновь повернулся, чтобы ещё чуть-чуть полюбоваться видом с самой высокой башни города. Тем временем Аскольд подошел обратно к люку, открыл его и скрылся, закрыв люк за собою. Маркус снова остался один. Он сломал печать и развернул послание:
"Ужасные твари на подступах к городу. Варваров нигде не видно, похоже, они уже пали жертвой. Их много, государь, мы не знаем, кто они, и кто их вождь. Они едят убитых на поле боя и нет среди них правил, они убивают друг друга и бродят по снегам. Твари не разумны.
Кхолин"
Маркус порвал письмо и поспешил к люку… он был в смятении.
* * *
Кхолин сидел в баре, который сменил хозяина и тосковал. "Белый медведь" теперь назывался "Варгесцкий коротышка". И здесь уже не подавали тех крепких напитков. Но новый хозяин наливал хороший скотч, и разведчик был вполне доволен этим.
В бар теперь не ходили охотники, а ворота города закрыли. Теперь никого не выпускают, и впускают только тех, кто приходит с горных ворот из леса. В горах все тропы также перекрыты, патрули везде… Воздух был напряжен в городе. Но только не здесь…
Такое заведение не слышит шума города. За деревянной дверью трактира или постоялого двора всегда тихо и спокойно. Можно отдохнуть от суеты, за это Кхолин любил бар. Он мог бы и дома напиться. Но там он чувствовал тоску и одиночество…
Уже вторая бутылка… Кхолин посматривал на выход и думал уже уйти, когда в него вошел встревоженный Ярон. Он посмотрел на Кхолина, многозначительно, потом осмотрелся, презрительно глянул на бар и вышел.
Разведчик встал, взял бутылку и пошел к выходу…
* * *
Властитель уже ждал его в подземной небольшой комнатке. Он сидел в кресле у чаши на толстой каменной подставке, обделанной золотом. Жир горел, освещая все внутри. Дыма было немного, ещё первые строители Варгеса построили проходы вверх и если раздолбить потолок, то можно будет найти тоннели, между подземными уровнями бастиона.
Здесь были только два кресла и столик, на стенах висели синие полотна, которые скрашивали темную атмосферу комнаты. На круглом деревянном столике стоял графин вина, который был наполовину пуст, рядом стоял один бокал, второй был в руках Маркуса, и тот попивал из него, через каждую минуту и глядел… то на огонь, то на полотна.
В комнату вошел Ярон. Маркус посмотрел на него, тот услужливо ответил:
