Лед нервно втянул носом воздух, но руки убрал. Шелест крохотных волн рассказал мне, что он вышел из воды.
– Мы в расчете, Дарья.
Минута тянулась, как век, но потом я почувствовала, что осталась одна. Не знаю, как, но теперь я была уверена, что седоволосого нет рядом.
Коротко всхлипнув, я нырнула с головой в чистую воду, присев и сжавшись, будто бы из меня выдернули державший меня штырь. Уйти бы подальше от всех неясностей, от этого странного мужчины, от его домогательств и от своей проклятой реакции на каждое его прикосновение. Но только куда я пойду? Он мой единственный шанс вернуться домой.
Вынырнула, вздохнула глубоко.
– У меня все получится, – подбодрила я себя вслух (чего раньше никогда не делала) и вылезла из воды, направляясь к вещам, чтобы постирать белье. – Я вернусь домой и забуду все, как сон. Волнующий и притягательный, но сон.
Коро потер виски ладонями. Головная боль была практически нестерпимой, жуткой, вызывающей тошноту и судороги, беспощадно терзающие пальцы рук и ног. Он знал, что долго так продолжаться не будет. Скоро все закончится и начнется новый виток его личных пыток.
Что бы кто не говорил, но привыкнуть к боли просто невозможно. Каждый раз кажется, что этот то приступ точно был самым сильным, но нет, приходит следующий, и самый страшный теперь он. Нужно просто дождаться пика и нырнуть в Вечность. Все привычно и просто, но словно каждый раз желанный пик становится все дальше.
Кроме того, за все те годы, прошедшие с тех пор, когда Коро увидел свое первое пророчество, он понял, что чем важнее для Вечности видение, тем сильнее оно болит. Так сильно, как сейчас, за всю его жизнь болело только одно видение – видение маленькой перепуганной девчушки, сидящей почти под ногами у прохожих, которые не обращают на нее внимания, продолжая спешить по своим более важным, чем жизнь ребенка, делам. В том сбывшемся пророчестве один человек все же заметил девочку в поношенном грязном платьице, и даже подарил ей подарок, который в тот момент стал в спутанном детском мировоззрении краеугольным камнем, дарящим надежду.
Долгое время пророк не понимал, чем же так важно это видение. Ровно до тех пор, пока не встретил повзрослевшую девчушку. Теперь же он точно знал, что сейчас она, возможно, самый важный человек во всех двенадцати мирах.
… Воспоминания помогали ему справиться с болью, но он чувствовал, что скоро провалится. Видения будущего уже ослабляли тиски, которые сжимали голову, и затуманивали сознание молочной пеленой. Еще немного, и он разглядит первые силуэты.
Коро набрал побольше воздуха, как перед нырянием, и распахнул глаза, принимая свой дар и свое проклятье.
Он видел Школу Жизни и Смерти. Ее очертания четко выделялись на фоне двух ярких лун. Школа была окружена. Пророк не то чтобы видел это, он скорее просто знал это так же точно, как знают, что солнце встает утром. Бестелесным духом он приблизился к притаившимся в засаде. «Оборотни», – со странным удовлетворением подумал Коро. Теперь он точно знал, какое событие показывает ему Вечность.
Где-то в центре груди защекотало. Пророк непроизвольно потянулся рукой к этому месту, но бестелесная рука не избавила от зуда. Непроизвольное движение будто бросило вверх все тело и Коро, словно призрак, взлетел выше, проскользнул сквозь стены и через мгновение оказался о круглой комнате с белокаменными стенами.
Переход открывался невообразимо долго, как будто бы к приходу гостя Холорону требовалось морально подготовиться. Но вот, наконец, обутая в богатый, ненавязчиво и искусно инкрустированный сапог нога ступила на выбеленные доски пола. Вслед за ней из перехода показался высокий, статный, молодой мужчина с белокурыми волосами и голубыми глазами. У Коро было такое чувство, будто он всем своим бестелесным естеством ощущает волну жесткой, неприятной силы, вливающуюся в этот мир сквозь переход вслед за своим хозяином.
Мужчина с отеческой любовью обвел взглядом круглое помещение.
– Так вот, где стоило тебя искать, брат.
Хозяин сделал первый шаг в мире, который должен был рухнуть с минуты на минуту к его ногам. Он двигался плавно и уверенно. Перед самой дверью блондин задержался, провел рукой по своему лицу. Черты начали неуловимо расплываться, преображаясь, волосы становились все короче и все более седыми, фигура словно немного высохла, принимая нужную, поджарую форму.
Хозяин с лицом Айсайара улыбнулся так, как улыбаются все завоеватели перед тем, как еще раз продемонстрировать свою мощь. Коро видел множество подобных улыбок на своем веку в своих видениях, поэтому знал наверняка, что сейчас произойдет.
«Айсар» шагнул за порог, а Коро попытался вернуться в свое тело. Ему тут больше смотреть не на что. Школа будет разрушена, это и так понятно, скорее всего, никто не выживет. Жалел ли пророк об этом? Скорее да, чем нет. Не смотря на свое вынужденное отшельничество, он был привязан к некоторым здесь.
