Когда Вика открыла машину, я услышал едва уловимый писк какого-то прибора. Не раздумывая, я оттолкнул её в сторону, прыгнув следом. Раздался взрыв. Когда я поднял глаза, машина была объята пламенем. Я посмотрел на Вику, она не пострадала, но, конечно, была в шоке.
— Викуся, по-моему, нас чуть не убили, — сказал я, подмигнув ей. Когда всё закончилось, полиция и пожарные ушли, мы опять сидели с Викой на её кухне. Поездку пришлось отложить до следующего дня.
— Кому это могло понадобиться? — спросил я, недоумевая.
— Тому, кто не хочет, чтобы правда о трагедии в Арамейских горах выплыла наружу, — ответила Вика. — А правда, судя по дневнику Анны, может быть нежелательна только одному человеку — Андрею Косточкину. Это он хотел, чтобы Анна срочно покинула базу в день землетрясения. Значит, он знал о возможности этого события. И если знал, то почему он не сказал об этом прямо?
В ту ночь я остался в доме своей сестры. Мне снова приснилась Аня. Я снова был Максимом Романовым, и снова забыл о своём собственном существовании, не осознавая, что это был сон. Мы сидели с Аней в нашем домике на базе в Арамейских горах и ели. Она приготовила ужин из тех продуктов, которые попались под руку. Отварной картофель, консервированный горошек и кусочек жареного бекона. Я помню вкус этой еды, как будто это было вчера. Сочетание отварного картофеля с жареным беконом я никогда не забуду. Атмосфера в комнате была такой тёплой и успокаивающей, такой по-настоящему семейной, что я почувствовал себя на седьмом небе от счастья. Я помню, как смотрел на Анну и чувствовал, что моё сердце переполняется любовью. Она улыбалась, и её глаза сияли, а задумчивый взгляд был устремлён вдаль.
— В чём дело, Ань? — спросил я, беря её за руку.
— Не знаю, какое-то нехорошее предчувствие в моей душе, — она вздохнула и посмотрела в окно, избегая моего взгляда.
— Это просто предчувствие, — сказал я успокаивающе, стараясь говорить как можно убедительнее.
В этот момент раздался стук в дверь, и в дом вошёл Андрей Косточкин.
— Привет, ребята, — начал он с порога. — Максим, извини. Аня, можно тебя на минутку? Нам нужно поговорить.
Я отвернулся и продолжил есть как ни в чём не бывало. Аня вышла на улицу с Андреем. Через некоторое время я услышал крик Анны. Выбежав на улицу, увидел, что Андрей куда-то яростно тащит Аню, а она сопротивляется. Я подбежал к Андрею и сбил его с ног ударом в челюсть. Упав, он начал кричать проклятья в наш адрес, затем встал и ушёл.
— Что случилось, любимая? — спросил я свою невесту. Аня повернулась ко мне, упала мне на плечо и расплакалась. Успокоившись, она подняла голову — на меня уже смотрели глаза другого человека.
— Макс, улица Вавилова, дом 54, квартира... — она не успела договорить, так как я проснулся. «Так-так, — сказал я себе, сев на кровати, — есть город, теперь есть название улицы и номер дома, осталось определить номер квартиры».
Глава 15
Мы со Светкой вернулись в Горнинск утром. Это было долгое путешествие — сначала самолётом из Москвы, три часа до областного центра, затем два часа на автобусе до Горнинска. Несмотря на усталость, мы не пошли домой, а направились прямо к дому Кирилла Романова.
Мы не знали, чего ожидать, но были полны решимости разузнать побольше об исчезновении Максима. Когда мы подошли к двери, я посмотрела на Светлану, и она ободряюще кивнула мне.
Сделав глубокий вдох, Света постучала в дверь. Открыл невысокий лысеющий мужчина. На вид ему было около 70 лет. Его глаза удивлённо расширились при взгляде на нас, и он быстро провел нас внутрь.
— Входите, входите, — сказал он дрожащим от волнения голосом. — Пожалуйста, присаживайтесь.
Мы сели на потёртый диван, а Кирилл занял кресло напротив нас. Он наклонился вперёд, не сводя с нас глаз. Казалось, он пытался осмыслить наше присутствие.
— Что я могу для вас сделать? — спросил он с ноткой настороженности в голосе.
— Кирилл Викторович, — начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, — мы пришли узнать о вашем брате, Максиме Романове.
При упоминании имени Максима в глазах Кирилла вспыхнуло волнение. Его словно захлестнула волна воспоминаний. Он глубоко вздохнул, а затем сказал:
— Понятно. Я давно не слышал его имени, — он помолчал, собираясь с мыслями, а затем продолжил: — Максим был моим старшим братом, и в детстве мы были очень близки. Мы делились всем, включая мечты о будущем. Он умер, когда я служил в армии.
— Вы хотите сказать, что он пропал без вести или именно умер? — уточнила Света. — Ведь никто не нашёл его тела.
— Он и его девушка упали в пропасть в Арамейских горах, — ответил мужчина.
— Откуда у вас эта информация? — спросила я.
— А, так вы ничего не знаете... — ответил Кирилл с удивлением. — На той злополучной базе в момент землетрясения находились четверо студентов — мой брат Максим, его невеста Анна, а также их однокурсники Мария Дюмина и Константин Вебер.