Ledyanoj zamok полностью

Пожалуй, ей немного зябко даже в теплом пальто, которое тетя купила ей, когда осенью начались прямо-таки зимние холода. Но мысль о следующем зале так завладела ею, что она забыла про холод. Этот зал надо найти во что бы то ни стало.

Так оно и есть, выход из этого узкого зала находится в даль­нем конце. Зеленый сухой лед, расселина, оставленная водой.

От того, что она увидела в следующем зале, у нее захватило дух.

Она стояла посреди окаменевшего леса. Ледяного леса.

Вода, падавшая сюда раньше, образовала ледяные стволы а ветви. Между большими деревьями рос невысокий подлесок. А еще виднелись какие-то причудливых очертаний предметы, которым не было названия, но которые здесь были на месте, все здесь было на месте. Широко раскрытыми глазами Унн вглядывалась в этот незнакомый сказочный мир.

Гул водопада доносился откуда-то издалека. 

В зале было светло. Солнце сюда не проникало, оно, наверное, еще не поднялось над гребнем, но дневной свет, странно мерцая, просачивался отовсюду сквозь ледяные стены. Было очень хо­лодно. 

Но что значит холод, когда ты здесь. Так оно и должно быть в царстве холода. В изумлении Унн глядела на лес и снова — нерешительно и как бы проверяя — крикнула

- Ау!

Ответа не было.

Она вздрогнула: ответа не было.

Ее окружал твердый как камень лед. Все было странным. Но ответа здесь не было. Что-то было тут не так, от этого она и вздрог­нула и почувствовала себя в опасности.

Лес стал враждебным. Зал был бесконечно прекрасен, но враждебен, и это ее пугало. Надо немедленно найти выход, пока с ней ничего не случилось. Она больше не задумывалась над тем, куда идти — вперед или назад, это чувство она утратила. И снова она нашла трещину, через которую можно было протиснться. Куда бы она ни попадала, трещины словно по заказу открывались перед ней. Она пролезла в эту новую щель, и тут ее встретил совсем другой, знакомый по прежней жизни, обычный дневной свет.

, Слегка разочарованная, она быстро огляделась: над ней было обычное небо! Вместо ледяного свода далеко в вышине виднелось синее морозное зимнее небо. Унн находилась в круглом зале с гладкими ледовыми стенами. Когда-то здесь была вода, но она ушла.

 Крикнуть «ау!» Унн не решилась: ледяной лес отбил у нее охоту к этому, но зато она стала наблюдать, как выглядят облачка пара от ее дыхания в обычном свете. Иногда она вспоминала о холоде и всякий раз чувствовала, что мерзнет все больше. Спускаясь к водопаду, она хорошо согрелась, но этого тепла уже не осталось, а теперь она выдувала последнее тепло этими облачками пара. Она пускала их вверх одно за одним, как бы очере­дями.

Унн собралась было двигаться дальше, но внезапно остановилась: послышалось «ау!». С той стороны.

Она обернулась. Никого не было.

Но нет, это ей не почудилось.

Наверное, тут так: когда не кричит человек, кричит лед. Нехотя Унн тихонько ответила, вернее, прошептала:

- Ау.

Сразу стало легче, она, конечно, поступила правильно, это придало ей смелости, и она стала искать следующую трещину, чтобы, не задерживаясь, двинуться дальше.

Мощный низкий гул падающей воды говорил, что водопад рядом. Надо идти дальше!

Она уже дрожала от холода, но была так поглощена происходящим, что не замечала этого. Вот и трещина! Стоило ей только подумать, как тут же открылся проход. Скорее туда.

Однако здесь она встретилась с неожиданным: в новом зале, казалось, плакали стены.

Едва она вышла из прохода — такого низкого, что пришлось согнуться,— ей за шиворот упала капля.

Это был плачущий зал. Стеклянные стены едва светились, и от падающих в полумраке капель казалось, будто зал плачет. Никаких ледяных сооружений, капли с потолка падали с тихим всплеском, каждая в свое озерцо слез. Все это навевало грусть.

Капли падали ей на пальто и на шапочку. Это было не страш­но, но почему-то защемило сердце. Оно плакало. Отчего оно пла­чет?

Перестань!

Не перестает.

Напротив, капли западали чаще. Воды прибыло, капель стала сильнее, слезы хлынули потоком.

Потекло по стене. Казалось, сердце не выдержит и разорвется от тоски.

Унн прекрасно понимала, что перед ней всего-навсего капаю­щая вода, но тем не менее зал плакал. Отчего тоска сжимает сердце все сильнее и сильнее? Место такое, что ни ты никого не позовешь, ни тебя никто не позовет. О гуле водопада даже не вспо­минается.

Капли застыли на ее пальто маленькими льдинками. В глу­бокой тоске она решила двинуться дальше. Она принялась кру­жить вдоль стен и вдруг, неожиданно, оказалась у выхода — или входа? Откуда ей знать!

Выход был уже всех предыдущих трещин, через которые она протискивалась, но, казалось, вел в светлый зал. Унн уже смутно видела его, и ее охватило такое непреодолимое желание проник­нуть туда, словно от этого зависела ее жизнь.

Слишком узко, не пролезть. Но надо. Мешает толстое пальто, подумала она, быстро стащила с себя и ранец и пальто и поло­жила на лед — пусть лежат, потом она вернется за ними. Впрочем, до этого ей сейчас дела мало, главное — попасть туда!

Это должно ей удаться — она ведь худенькая и гибкая, надо только как следует сжаться.