И много он мог ещё размышлять над тем, что делать, а чего нет, тем более находясь подле такой красавицы, как баронесса Хамифа, но во всех историях всегда случается нечто, что подталкивает героев к их поспешным решениям. И в этот раз случилось…
– Баронесса! – ворвалась в комнату одна из служанок.
Хамифа поспешно отступила от Хинамона, свирепее на глазах.
– Да как ты… – начала было баронесса.
– Ваш батюшка, барон Фитах возвратился… – обронила служанка, не спуская глаз с разведчика. – Не один.
– Беги, – быстро бросила девушка Хинамону. – Не один? – спустя мгновение нахмурилась баронесса, будто до неё только сейчас дошло значение второй части фразы.
– С бароном Шимхани, – добавила служанка и уже сделала шаг в сторону коридора, как Хамифа, с выдающейся скоростью, схватила женщину, втягивая её в комнату.
– Ну уж нет, ты останешься со мной. Хин, беги скорее! – бросила баронесса сварту, который метался по комнате, пытаясь собрать все свои пожитки, а точнее, нормально одеться в новый походный костюм, который Хамифа для него достала.
– Да бегу я… – пробурчал он и, подмигнув Хамифе, бросился к окну.
– Дорогая! – послышалось в коридоре. – А чего это ты не бежишь встречать своего дорогого отца?
Голос барона плыл, будто тот был навеселе, что не особо удивляло, зная о его любви к красным напиткам.
– Я не одета, отец! – крикнула баронесса, наблюдая за выходящим в окно Хинамоном.
– Барон Фи… – попыталась подать голос служанка и Хамифа тут же залепила ей рот ладонью.
Дверь в спальню тут же резко открылась и на пороге показались её отец и толстый Шимхани, самый отвратный тип из всех, кого приходилось знавать баронессе. Бароны переводили взгляд с закрывающей рот служанке Хамифе на раскрытое окно и обратно, а потом одновременно Фитах свистнул в свисток у себя на шее, а Шимхани развернулся и крикнул куда-то вниз:
– Сибил!
***
Хинамон бежал на север, в противоположную сторону от той дороги, которой пришёл к особняку. Он знал, что там лес, а за лесом начинаются горы. Особняк серого барона находился практически на самом севере столицы и это был лучший путь прочь. В горах его ни за что не нагонят, это его стихия. Вот только чего разведчик совсем не ожидал, так это настолько скорой погони.
Он услышал их ещё до того, как успел добежать до леса. Гончие. Специально обученные пантеры, убежать от которых практически невозможно. Конечно, были разные магические уловки и против этого зверя, но Хин их не знал. А прятать свой запах он толком никогда и не умел. Так уж вышло. Так что ему ничего больше не оставалось, как просто бежать. Ведь насколько бы быстрыми ни были пантеры, позади них бегут самые обычные сварты, так что шанс всё ещё был. Тем более дело шло к вечеру, а это время магии…
Они нагнали его у самой кромки леса. Две пантеры пролетели мимо, едва не вонзив свои клыки в руки и ноги сварта.
Вспышка молнии и две тлеющие тушки рухнули, даже не пискнув.
Но всё оказалось намного сложнее. Гончих было далеко не две. А преследовавшие их сварты не шли пешком, как изначально думал Хинамон. Они ехали верхом. А это уже было очень плохо. Ведь сам эльф уже порядком выдохся и не был готов к бою.
Эльф резко остановился, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов. Он решил встретить преследователей лицом к лицу. Прятаться смысла не было – гончие с лёгкостью его найдут. Да и у наездников вполне могут оказаться сквозные очки (специальные очки, способные видеть сквозь иллюзорные преграды, включая камуфляжные заклинания). Бежать? Наездники с лёгкостью нагонят его и схватят. Оставался единственный шанс – драться. И победить.
Хинамон приготовился, пропуская всё больше и больше энергии через себя, готовясь нанести самый мощный из всех своих ударов, едва появится хоть один из этих наездников. Но те внезапно как в воду канули.
Эльф прислушался, но не услышал ничего. Совсем ничего. Ни шороха листвы, ни воя ветра, ни рыка гончих, ни мягкого шага мрак-пантер.
Он понял, что происходит – слишком поздно.
Только он решил направить часть переработанной энергии на защиту, как понял, что уже не может и шевельнуться. Вся набранная им энергия внезапно испарилась, будто её и не было, а потом пелена спала, и он увидел нескольких наездников на мекантерах, окружавших его со всех сторон.
Кто бы ни словил разведчика в эту ловушку, он был отличным псиоником.
Хин опустил взгляд вниз.
Всё его тело было обмотано магическими цепями.
– Ну вот ты и попался, – ухмыльнулся один из наездников.
А потом кто-то ударил его по голове и всё исчезло.
Когда Ричард добрался до южной окраины города, практически разрушенной в последние годы, откуда ушли даже крысы и остались лишь те, кому больше некуда было идти, уже начало светать.
Первые лучи солнца пробежались по верхушкам обгорелых досок, почерневших дымоходов, покосившихся крыш давно заброшенных домов.
Давно он тут не был. Давно не гулял по этому кладбищу воспоминаний, давно ушедшей юности. Давно не навещал родные, когда-то, кварталы, ныне больше похожие на поля сражений. Давно.
