«Ещё до своего падения Сатана однажды посетил землю, которая ещё была покрыта первичными водами, и погрузился в них и нашёл двух рыб, лежащих на водах, и они были как волы, запряженные для вспашки, держа всю землю и управляемые невидимым Отцом от заката до рассвета».
Здесь речь идёт о двух рыбах, которые, как отмечает Юнг, должны быть истолкованы как «правящие силы», как если бы они были божественными первобытными фигурами, все еще существующими в бессознательном. Обе вместе вряд ли могут относиться к Христу, и по этой причине Юнг высказывает предположение, что в связи с еретическим верованием Ебионитов, а затем и Богомилов две рыбы могут быть связанны с идеей о двух сынах Божих. Эти секты учили, что у Бога было два сына, Сатанаэль старший и младший Христос. Похоже, две рыбы связаны с этими двумя сыновьями Божьими, а также зодиакальным знаком эпохи Рыб. Удвоение количества рыб символически означает, что этот мир управляется двумя принципами, Христос-антихрист или Христос-Сатанаэль, которые должны, однако, наконец работать бок о бок (как волы, запряженные в плуг), чтобы вступить во владение и культивировать землю. Переход от первой ко второй рыбе состоялся примерно в 1000 году. С приходом этого годо, говорит Юнг, как будто новый мир возник, мир, который проявляется в религиозных движениях таких, как богомилы, катары, альбигойцы, бедные мужчин Лиона и движение Святого Духа Иоахима из Флориды. Сюда же относится алхимия и ее развитие в современных естественных науках, которые в конечном счете объединяются в борьбе с Христианским рационализмом и материализмом. В самом деле, эпоха Второй Рыбы имеет в себе что-то враждебное к христианству, но работающее в аналогичном ключе, то есть в направлении расширения человеческого сознания. Не является ли это той второй рыбой, которую Король Грааль так страстно искал?
Однако, прежде чем продолжить этот вопрос мы должны спросить себя еще точнее, почему Король Грааль и королевство в так нуждаются в искуплении. Только у Роберта де Борон король является немощным просто от старости, а в большинстве версий он был ранен. У Кретьена, сокрушающаяся девица, двоюродная сестра Парсифаля, рассказывает ему только то, что в битве Король-рыбак был ранен копьем в оба бедра. У Вольфрама Анфортас был ранен отравленным копьем варвара, который также стремился получить Грааль. Король, однако, тогда не сражался за Грааль, но за любовь красавицы Оргелузы. Высокомерие и греховная суетность его противника были истинной причиной битвы. Отшельник, рассказывающий об этом Парцифалю, также увещевает его не вести себя высокомерно, рекомендуя смирение и скромность. Наконечник копья, оставшийся в ране, несомненно, должно быть был удален врачом, но яд остался в организме и препятствовал ее заживлению, несмотря на применение всевозможных методов лечения.
Упоминание Вольфрама о том, что страдания короля обострялись в момент новолуния и, связав их с восхождением Сатурна, весьма значительно. У любого, жившего в то время, этот факт незамедлительно вызывает важные астрологические ассоциации. Опасные и жуткие качества Луны особенно сильны во время новолуния. Написав о Церкви, как о Луне, Августин говорит:
«Сказано: они приготовили стрелы в колчане, чтобы стрелять в темноте луны прямо в сердце. В этот момент солнце пересечётся с Луной и под влиянием ее нестабильности и бренности потемнеет и станет sol niger (чёрным солнцем), ибо луна обладает ярко выраженными качествами низшего мира. К ней относятся змея, тигр, манесы, лемуры и dii infernales».
В связи с нашей темой, это темная сторона луны требует особого внимания. Парацельс говорит о лунном свете, как о «humidum ignis [влага огня] холодной природы» (Короля Грааля знобит, и яд в ране, словно лед), и по этой причине он очень восприимчив к яду. Если женщина с менструальным циклом посмотрит на луну, то луна будет отравлена и «когда (луна) достигнет новолуния, она будет ядовита!» Женское сознание и всё женского в целом, а также анима мужчины персонифицированы луной; Юнг сравнивает эти качества с концепцией Эроса.
