Майк привез визуальную трехмерную карту-схему дома Леона Фарлонга со всеми техническими каналами, аудио-, видеовыходами, которая была сделана специально для операции несколькими агентами под прикрытием. На экране ноутбука дом смотрелся, как настоящий, и София уже представляла, как идет по его коридорам, касается ручек дверей, и все казалось простым и выполнимым. Но, как вспышки, в ее мыслях возникали картинки из прошлого «приключения», и росло беспокойство, что на месте в плане так же могут появиться неожиданные изменения.
Подробный план действий Леди группа не обсуждала, никто не мог предвидеть, как будет расставлена охрана в доме директора, в какой момент будет лучше всего попасть в кабинет. Рассматривались разные варианты и приблизительные схемы действий в каждом. Но Ахматов уже знал, что ни на секунду не оставит девушку одну ни в зале, ни в коридорах дома, ни в кабинете Фарлонга. Главное, что должна была усвоить София, – это то, как она будет двигаться по дому, быстро найти пути отхода в случае опасности, запомнить точки видеонаблюдения и избегать попадания в прямое поле их действия до того, как Майк даст команду. С пультом охраны дома разобраться было проще, чем в ФАМО, так как автономное питание можно было отключить на месте и задать ложные изображения на то время, сколько нужно будет Леди для установки «Цербера». Тед предупредил Софию, что личный пароль Фарлонга для входа в сеть неизвестен, поэтому потребуется больше времени, чтобы его взломать, а обновленные коды доступа он сообщит ей в среду перед приемом.
София не фантазировала насчет своих действий на этом этапе операции. Она четко представляла, что будет чувствовать и как будет себя вести в напряженной ситуации. И это было уже не так забавно, как при первом обсуждении ее выхода в вентиляцию.
Алекс следил за каждой реакцией Мэдисон, когда Тед или Майк рекомендовали ей способы поведения в возможных ситуациях затруднения, а она со всей серьезностью задавала уточняющие вопросы. Ее проницательность впечатляла, а уверенность в положительном исходе операции, хоть и внешняя, несколько унимала тревогу.
До самого позднего вечера агенты обсуждали всевозможные варианты достижения цели четвертого этапа операции и к концу одиннадцатого часа примерный план действий и обязанности каждого участника были закреплены и приняты за основу.
К концу собрания приехал Эд Стивенсон. Майк и Тед решили задержаться, чтобы обсудить вопросы технической поддержки операции. А у девушки уже не было сил сосредоточиться на чем-либо, и она попросила бармена вызвать такси. Но Ахматов отменил ее просьбу, уверенно заявив, что отвезет Софию лично.
– Но мне не нужна ваша помощь,– отказалась она уже у самого выхода из бара.
– Я хотел бы еще кое-что уточнить по плану операции. В присутствии агентов это будет не очень корректно,– догоняя ее, серьезно сказал Алекс.
– Вы снова будете откровенничать?– посмеялась она, прощаясь взглядом с агентами.
– Есть то, о чем я должен тебя предупредить. Поскольку мы оба – центральные фигуры в операции и должны действовать сообща, то нужно быть готовым к любым неожиданностям. И я хочу предупредить тебя об одной из них.
– Хм, вы уже ее предвидите?– насторожилась София.
– София, пожалуйста, давай обсудим это по пути?
– Как скажете, сэр. Но у моего дома вы не выйдете из машины. Договорились?
Ахматов только улыбнулся и неопределенно пожал плечами. Не столько у него была важная информация для нее, сколько хотелось побыть с девушкой наедине. Он уже ощущал, как будет скучать по ней, когда вернется домой.
София устало закатила глаза и нехотя согласно кивнула:
– Хорошо, только отвезите меня быстрее домой, я умираю, как хочу спать.
В машине она намеренно выбрала заднее сиденье и, откинув голову назад, следила за Ахматовым из-под полузакрытых век.
Алекс некоторое время ехал молча, наблюдая за девушкой в зеркало заднего вида. Когда их взгляды встречались, София переводила глаза на вид за окном. Наконец, он решил поговорить о той щекотливой детали в их поведении на приеме, но, взглянув на девушку, обнаружил, что та уже сладко сопит. Алекс умиленно улыбнулся и убавил громкость радио.
У дома Ахматов заглушил двигатель и немного понаблюдал за дремлющей девушкой. На ее лице была такая безмятежность, которую он наблюдал впервые. Обычно в его присутствии у Софии было напряженное лицо и изображало только то, что хотела показать она или чаще ее острые эмоции, и редко Алексу удавалось застать девушку в приятно расслабленном настроении.
Неожиданно София приоткрыла глаза, и они встретились взглядом. Она тут же выпрямилась на сиденье и взглянула за окно.
– И долго мы здесь стоим?– проговорила девушка.
– Каких-то несколько минут,– по-доброму улыбнулся Алекс.
София сердито нахмурила брови и открыла дверцу машины, но потом вдруг задержалась и оглянулась на мужчину.
– Вы, кажется, что-то хотели мне сказать?
– Доброй ночи, София!– ласково отозвался тот.
Она смягчилась и ответила:
– И вам доброй…
