– Несчастный, да если ты въедешь с твоей повозкой на этот луг, ты не выберешься оттуда!
– Да здесь всегда наши умершие ехали на кладбище! И будут здесь ездить и дальше, нравится тебе это или нет!
Момент для спора был неподходящий. Я распорядился поднять барьер, но решил его тотчас поставить на место и сделать надпись, запрещающую отныне проезд через этот опасный луг. Но когда вечером я рассказал все это жене и нашим соседям, все закричали в один голос:
– Ты что вздумал? Закрыть дорогу Смерти! Да у нас в доме не будет ни одной спокойной ночи! Мертвые, которым ты помешаешь проехать по посвященной им дороге, будут являться и вытаскивать нас из постелей, катать нас по земле и устраивать тысячи неприятностей. Не дай тебе Бог совершить подобное святотатство!
Я должен был смириться. Загородки исчезли окончательно. Я заменил их тонкими стенками, которые легко можно было снять и снова поставить.
Вот на этих-то старых дорожках, которые зовут
Однажды воскресным вечером я подзадержался в селе. Вернувшись к себе домой, я застал жену и служанку полумертвыми от страха. У них были такие перекошенные лица, что я и сам испугался. Было очевидно, что, пока меня не было, случилось какое-то несчастье. У меня в это время рос отличный жеребенок, и моей первой мыслью было, что он сломал ногу.
Увидев безмолвных, оцепеневших женщин, я воскликнул:
– Да что случилось, в конце концов, говорите же!
Жена наконец раскрыла рот:
– Ты ничего не встретил на дороге? – спросила она прерывающимся голосом.
– Нет, ничего, а что такое?
– Ты не видел старой повозки на дороге Смерти?
– Да нет, ей-богу!
– Мы тоже ее не видели, но, клянусь тебе, мы ее слышали! Лошади храпели, как ветер в бурю… Оси скрипели так, что в ушах резало… В какой-то момент упряжка стала топтаться на месте, словно не могла взобраться на косогор. Ох! Как стучали копыта по земле! Словно молот по наковальне… Шум стоял минут пять или шесть, а потом все сразу умолкло. Служанка Мари и я от ужаса не сводили глаз друг с друга. Не знаю, как мы обе не помешались…
– Да вы и вправду помешанные! Да можно ли так пугаться проезжающей телеги?
– О, это была необычная телега… Прежде всего, по этой дороге рискуют проезжать только погребальные дроги, а в округе никто не умирал.
– Так что ж?
– Можешь пожимать плечами, как хочешь. Говорю тебе, это повозка Анку проехала по нашим землям.
Я не стал слушать жену и вышел взглянуть на хлев.
Вернувшись, я застал в кухне одного из наших ближайших соседей. У него был удрученный вид.
Я уже собирался спросить его, что случилось, как жена мне сказала:
– Надеюсь, ты больше не будешь смеяться надо мной, Рене. Вот Жан-Мари нам только что сообщил, что внезапно скончалась его старшая дочь, и он просит меня посидеть ночь у тела покойницы.
Естественно, я не нашелся что ответить.
Трое молодых людей, три брата Гиссуарн из деревни Энес в Гайаке, возвращались после зимних работ с далекой фермы. Им нужно было какое-то время идти по старой королевской дороге из Генкампа в Карэ. Ночь была сухая и светлая, лунная, но очень ветреная. Наши парни, разгоряченные сидром, распевали во все горло, развлекаясь тем, как их голоса перекрывают ветер.
Вдруг они увидели что-то черное на краю придорожной канавы. Это был старый высохший дубовый кол, вырванный ветром из изгороди. Ивон Гиссуарн, самый младший из трех братьев, очень любивший всякие проказы, сразу придумал розыгрыш.
– Давайте, – предложил он, – положим этот кол поперек дороги, и ручаюсь, если появится какой-нибудь возница, ему придется слезть с телеги и перенести его, чтобы проехать.
И они приволокли дубовый кол, оставив его поперек дороги. И, очень довольные своей шуткой, отправились к себе домой. Чтобы быть поближе к лошадям, за которыми смотрели, они спали прямо в яслях на конюшне. Так как они пришли поздно, да и устали после целого дня работы, им немного понадобилось времени, чтобы заснуть. Но вдруг среди глубокой ночи они разом проснулись оттого, что кто-то с грохотом стучал в ворота конюшни.
– Что такое, кто там? – спрашивали они, вскакивая с постелей.
Стук раздался снова, но никто не ответил.
Тогда старший из Гиссуарнов подбежал к воротам и распахнул их. Но он увидел только светлую ночь и услышал сильный шум ветра. Он попробовал закрыть дверь, но не смог. И даже все вместе, втроем, братья не смогли это сделать.
Тогда ужас охватил их, и они заговорили умоляющим голосом:
– Ради Бога, ответьте! Кто вы, что вам нужно?
Никого не было видно, но раздался глухой голос:
– Кто я, узнаете по себе, если сейчас же не вернете в изгородь кол, которым перегородили дорогу. Вот что мне нужно. Все. Отправляйтесь.
