Рам вообще-то не ждал услыхать из глубин хор глухих потусторонних голосов. Но поднимать шум и плеск не стал. Погрузился в темные воды плавно и осторожно. Вода – холодная, куда холоднее, чем обычно в здешних речках – сразу как будто сдавила тело. Глубина до поверхности плит-дорожек равнялась росту очень высокого человека, и просто идти по ним было неудобно и практически невозможно. Как и просто разглядеть их в темной воде. С собой Рам прихватил шест. Как слепой ощупывает клюкой дорогу, так и Рам шестом щупал подводное пространство перед собой, стараясь держаться над плитой и двигаться вдоль неё. Время от времени он погружался с головой, силясь хоть что-нибудь разглядеть. Вода оставалась удивительно непрозрачной, словно в ней расколотили коричневую краску. От этого вода начинала казаться густой, каким бывают соки растений, и плыть в ней будто бы тяжелее, чем в нормальной воде. Но скованность движений вернее всего порождалась низкой температурой воды.
Видимость в воде, как было уже отмечено, оставляла желать лучшего. Пловец мог отчетливо что-то видеть лишь на расстоянии около метра вокруг себя. А дальше маячили разве что размытые тени, порожденные колыханием воды и воображением. Одну такую тень Рам заметил справа. Плита, служившая путеводителем, поворачивала туда же. И тень, чем ближе надвигалась, в отличие от прочих, не расползалась и не таяла – напротив: очертания становились все резче. Рам еле удержался, чтоб не хлебнуть воды. Он видел (и не сомневался нисколько) человеческий силуэт, что слегка покачивало шевелением воды. А вот и Стража!
Испугаться, даже осознать до конца факт этой нежданной ожидаемой встречи лорд Рам просто не успел. Шум, похожий на гулкий плеск, коснулся его слуха, и моментально как будто вздрогнула в голове мысль, что шест, которым он щупал себе путь, на миг задел что-то тонкое, почти незаметное. Изо всей силы Рам шарахнулся в сторону, а промелькнувшее мимо заостренное подобие огромной стрелы попало по самой середине шеста и разрубило его. В воде разнеслись смутные и непонятные звуки: будто что-то вертелось, поворачивалось, натягивалось. Как если бы войско приводилось в боевую готовность.
На какой-то миг (Рам потом признавался в этом разве что самому себе) поддавшись чувству паники, он метнулся, плохо соображая, и прямо на столбычившую перед ним фигуру. Уже не успевая изменить направление, в последнюю секунду выставил перед собой обломок шеста и с силой врезался прямо в здоровенного неприятеля. Тот задрожал и накренился, но накренился довольно странно – целиком, всем корпусом. Что-то заскрежетало, затарахтело: особенно противно и зловеще звуки раздавались в воде. Рам успел заметить, как руки врага согнулись в локтях обе одновременно, и еле успел отпрянуть, ногами толкнувшись в грудь стражника, чтобы узкие длинные лезвия, видимо, заменявшие чудищу руки, не успели задеть его. При этом накренившаяся фигура не вернулась в прежнее положение, так и продолжала пытаться воевать в полунаклонном виде. Очень странно.
Звуки продолжали доноситься, но никто из «товарищей» этого стража не спешил появиться поблизости. Набравшись смелости, Рам опять ринулся в бой. Хотя и сам не мог бы точно понять, смелость двигала им или по-прежнему паника. Но он налетел на противника, увернувшись от взмаха лезвий, и стукнул обломком шеста в шею. Это не произвело большого эффекта, как ни странно, эффект имела лишь сила столкновения. Массивная фигура накренилась еще сильнее и «стояла» теперь под углом 60º, а где-то внутри послышалось что-то вроде хлопка. Опять отплывший на безопасное расстояние Рам начинал недоумевать, потихоньку беря себя в руки.
А странная фигура уже перестала размахивать своими ножами, замерла и стала крениться еще сильнее. Раздался тонкий звук, просто режущий ухо – звук лопнувшей струны.
***
Доверенные люди ба Кабет никак не могли отыскать толстого человечка с поросячьими глазками, с которым верховная жрица жаждала встретиться. Сам он сделал все, чтобы его не сумели найти, поскольку, хоть землю носом рыл, а так и не смог выполнить данное ему ранее поручение. Оттого боялся показываться госпоже на глаза.
Злости ба Кабет не было предела. Всё, абсолютно всё шло не так, планы путались, неизвестно как и откуда всплывали неучтенные проблемы. Верховная жрица начинала думать, что упускает из рук какие-то очень важные нити и теряет контроль над ситуацией.
Накануне вечером Морган, порядком подуставший на занятиях с новобранцами, явился доложиться, и ба Кабет выразила свое негодование по поводу исчезнувшего шпиона. Морган мысленно послал к чертям и саму жрицу, и её шпиона, однако, следующим утром толстяк предстал перед госпожой, трепеща и потирая бока, слегка ушибленные Морганом.
- Итак, я жду от тебя отчета!- сверкнув глазами, грозно вымолвила верховная жрица, глядя на толстяка сверху вниз.- Я приказывала тебе держать лорда Рама в поле зрения и передать ему повеление быть готовым вернуться в город! Ты выполнил мое распоряжение?