Роун уже выпытал у замкнутого товарища по путешествию, что тот старше принца всего на полгода, родился и вырос в семье аристократов, приближенных к королевскому двору Арифы, и если бы захотел, мог бы отправить на поиски решения своей проблемы с магией кого угодно. То, что в итоге он сам отправился в Пустошь, было доказательством то ли глупости, то ли самонадеянности – но, возможно, единственным верным выбором.
Как и сам Роун, Карим явно подошел к точке, в которой ему нужно было решить, куда двигаться дальше. И Роун невольно начал уважать его за то, что не побоялся в одиночку идти в чужую страну и искать пути в Пустошь.
До сих пор Пустошь пускала их дальше, настороженно всматриваясь призрачными глазами по ночам: и Роун, и Карим не раз замечали, как тускло светятся пары огоньков по ту сторону защитного круга. Почему-то Роуну было скорее любопытно, за что эти призраки стали жертвами Пустоши, чем страшно. Карим же и вовсе выглядел чуть ли не отстраненным и равнодушным, прислушиваясь больше к себе, чем к внешнему миру со всеми его странностями и испытаниями.
По подсчетам Роуна, до дня инициации оставалась всего неделя. Неутешительная цифра, если вспомнить, что он так до сих пор и не чувствовал никаких магических способностей в себе. Настроение портилось с каждым днем, превращая принца в мрачного и вспыльчивого человека. Как ни странно, Карим нашел способ бороться и с этим.
Как-то раз, вернувшись с разведки и застав Роуна в подобном расположении духа, Карим не стал язвить. Он сел напротив, подождал, пока Роун кинет на него раздраженный взгляд исподлобья, и очень серьезно сказал:
– Кое-что изменилось.
Роун тут же встрепенулся, но не успел спросить, что случилось: Карим со вздохом выдал:
– Я не могу контролировать магию, – и тут же метко залепил ему лицо снежком. Роун от неожиданности свалился с бревна, издал боевой клич и кинулся на обидчика.
Карим в этот раз не стал изображать из себя холодного циника, и поединок на снежках получился что надо. Правда, пришлось на время ослабить огненную защиту, потому что иначе битвы не получилось бы.
Задыхаясь от долгого бега по колено в снегу, с раскрасневшимися носами и щеками, Роун и Карим потом сидели у костра, протянув к огню руки, и Роун, пожалуй, в первый раз ощутил, что Карим, по сути, такой же подросток, как и он сам. Как бы южанин ни старался казаться умудренным жизнью взрослым человеком, в нем так же бурлила кипучая энергия юности. И поняв это, Роун перестал бессознательно относиться к спутнику, как к взрослому. Иметь дело с ровесником куда проще хотя бы в том плане, что в любой момент можно бросить в него снежок – и тем самым объявить второй раунд поединка.
Потом голодные и промокшие парни долго сушили одежду, непослушными пальцами открывали запечатанные припасы и обменивались колкостями по поводу меткости и выносливости противника. А потом им резко захотелось спать, и Роун не удержался от злодейского смешка, потому что первым выпало дежурить Кариму.
Это была их третья ночь в Пустоши.
И именно с нее начались настоящие неприятности.
Роун проснулся от смутного ощущения, что вот-вот пропустит нечто важное. Первым делом он поискал глазами защитный круг. Тот успокаивающе мерцал, и Роун сел, разминая шею.
– Они опять здесь, – негромко произнес Карим, сидевший рядом. Южанин хмуро смотрел на собиравшихся по ту сторону круга призраков, и Роун невольно насторожился.
Призраков становилось все больше. Были здесь и охотники со своими собаками, и мудрый старец с длинной бородой, и даже дети – чего парни еще никогда не видели. Все они медленно парили над землей, не сводя тускло мерцающих глаз с живых, и от этого начинали бегать мурашки.
– Раньше их не было столько, – прошептал Роун. Он сам не мог бы объяснить себе, почему понизил голос, но при взгляде на окружающих круг призраков иначе было нельзя. – Чего это они?
– Наверно, мы заходим уже на их территорию, – тоже тихо отозвался Карим. Он стоял в напряженной позе, как будто готовясь к бою, и Роун скопировал его.
– Пока просто смотрим?
– Предлагаешь отправить парламентера? – поинтересовался Карим с легкой усмешкой. Роун тоже улыбнулся, покачал головой:
– Предпочту подождать развития событий. Даже если ты будешь считать меня слишком осторожным.
– Не тот случай, – пробормотал Карим, не сводя глаз с круга.
Призраки начали двигаться по кругу быстрее, словно закручивая воронку. Роуну начало казаться, что защитный круг подрагивает. Он кинул быстрый взгляд на перстень. Тот сиял ровным светом. Значит, защитная магия действовала без препятствий.
Карим что-то проворчал, но Роун не успел переспросить. Призрачная воронка резко замедлила ход, и в тот же миг из общей толпы вырвался и буквально нырнул в круг головой вперед огромный снежный монстр.
Ни Роун, ни Карим не успели что-либо сделать, ошеломленные прорывом защитного круга. Монстр с оглушительным ревом рванулся к парням. Роун едва успел поднять руку, чтобы заново активировать перстень, но монстр налетел на него, сгреб в объятия и помчался дальше.
