Что-то еще говорить — излишне. Рафаэль всегда отличался умом и сообразительностью. Совсем не удивительно было и то, что повела их Суэна в то крыло, где спала Лике. Разве что на первый этаж. И если младший полудемон правильно помнил расположение помещений, то как раз в одну из лабораторий, что находилась под комнатой девушки. Дверь открылась бесшумно, открывая интересную картину на Модеуса, вычерчивающего на расчищенном от мебели полу рунный круг. Взгляд зацепился за несколько знакомых по надписи на кровати рун.
— А что это мы тут делаем?
Взгляд черных глаз встретился со льдом голубых. Долгая минута тишины, которая была нарушена сдвоенным выстрелом…
Получать заботу от кого-то, кого можешь назвать родным — приятно. За минувшее время Лике в этом убедилась. И даже если это втихушку подсыпанное снотворное, лишь бы ты выспался, все равно приятно. Наверное, поэтому она спокойно выпила чай. Эсс ведь старался и искренне верил, что она ничего не заметила.
Вот только учитывая этот факт странно проснуться, да осознать, что еще ночь. Словно кто-то дернул. Откуда-то донесся невнятный шум, привлекший внимание. Попытки вслушаться не дали результата, звук был слишком приглушенным. Как-будто его специально отрезают от комнаты. Говорят, что любопытство кошку сгубило. Она не кошка, но любопытство вполне может и ее сгубить когда-нибудь. Вот зачем, зачем ей тащиться непонятно куда, чтобы выяснить что там за шум? Было бы что-то серьезное, ее бы уже просветили.
Или нет. Выросший перед дверью ангел выглядел слишком спокойным. Зато ясно, кто глушил звук.
— Локи?
— Не стоит выходить из комнаты. Ваши… братья со всем разберутся.
По виду ангела он и сам понял, что зря сказал последнюю фразу. А ведь Кетти предупреждала их, что для девушки семья нечто настолько важное, что она забудет о всякой осторожности. Да и став ее хранителем он знал, насколько обострилась ее связь с окружающим миром, когда у нее появилась семья. Лэсс, идиот, не смог понять всего истинного потенциала девушки.
— Локи, пропусти.
Слишком задумался и вздрогнул от того, насколько глухо прозвучал голос Лике. Еще и это странное выражение на лице. Как объяснить, что ей просто не стоит видеть происходящего, ведь сейчас именно для нее опасность минимальна — никто из троицы сражающихся не посмеет причинить ей вред.
— Лике, не стоит.
— Пропусти! Не смей мне мешать!
Ослушаться прямого приказа он не мог. И удивление, вызванное тем, что рыжая вообще отдала приказ тут не при чем, все-таки он дал клятву. Все-таки насколько сильна ее привязанность. Или же дело в другом?
Лике такие вопросы не волновали. Стоило Локи отступить, пропуская ее, как она побежала туда, куда так тянула образовавшаяся с двумя полудемонами связь. Что-то происходило, что-то во что она обязана вмешаться, иначе произойдет непоправимое. В лабораторию, где проходило сражение, она влетела как раз в тот момент, когда в Рафаэля летел омерзительный черный сгусток. На рефлексах вскинутая рука, возникший перед старшим из братьев огненный цветок, что практически полностью поглотил черный сгусток.
Такие чары она не боялась применять — Лэсс долго и немного нудно рассказывал о ее способностях. Как показала практика его общения с ней в прошлом — на защиту она практически не тратила воспоминания. Нефилим считал это особенностью ее характера, вроде как она не воин, но за «своих» будет драться до конца. Вот и сейчас она защищала семью, вкладывая немерено сил в простые чары, но не теряя и частички памяти. Было бы жаль потерять даже секундные воспоминания об прожитом времени в этом поместье.
От секундного желания подскочить к Рафаэлю, чтобы убедиться, что он цел, отвлек рык, больше подошедший бы хищнику. Легкого поворота головы было достаточно, чтобы замереть. И нет, причиной был отнюдь не демонический облик Эссиорха. Как раз-таки он ее не удивлял, видела в своих снах, да и Рафаэль не был столь «заботливым», в первый же день знакомства продемонстрировал свою вторую суть. И даже тот факт, что стремился убить сейчас он Модеуса не удивлял. В ступор вгоняли эмоции, которые она внезапно почувствовала через усилившуюся при смене облика связь.
Останься она в комнате, может и не уловила бы ничего. Останься она в комнате, не смотрела бы с таким ужасом на того, кого называла братом. Останься она в комнате — ее не захлестывали бы сейчас чужие эмоции, выжигая собой все остальное.
«Останься я в комнате — и от прежнего Эсса ничего бы не осталось»
— Эсс, хватит. Не надо. Эссиорх, стой!
Последнее, что она увидела — дрогнувшую спину демона, явно в последний момент передумавшего пронзать когтями призрака и просто отшвырнувшего его к стене. Дальнейшее скрыли искры сработавшего портала.
Разума полудемона, практически утратившего над собой контроль, едва коснулся знакомый девичий голос. А следом и буром ввинтился голос брата, зовущий его. Этого хватило, чтобы начать более ясно оценивать ситуацию и не прибить Модеуса, а отправить в полет до ближайшей стены. Им еще нужно точно узнать, что он делал и не нужно ли какие-то обратные ритуалы проводить.
