… Изгнанник указал на частично разрушенное здание — кажется когда-то бескрылые там молились своим богам. Сейчас же в заброшенном здании ему назначила встречу та, кого он желал видеть рядом с собой. Сокрывшись в тенях, он неслышно вошел в здание и замер, изумленный открывшейся картиной — Лилия сидела на возвышении в лунном свете. Перед девушкой был развернут призрачный инструмент, отдаленно напоминающий пианино. Или фортепиано. Он не знал точного названия этого клавишного инструмента, а Элиан просто обожала мир бескрылых, что и выливалось в некоторые лекции для него. Вот что точно он знал, так это то, что те инструменты не могли звучать как множество. У воительницы же он явно мог заменить целый оркестр. В этом он убедился, когда переставшая бездумно перебирать клавиши полуэльфа заиграла конкретную мелодию.
Всякое желание появиться и скорее выяснить причину, по которой она назначила встречу, пропало, когда девушка запела. Ангел знал — этот концерт не для него. Он вообще прибыл намного раньше назначенного времени, справедливо опасаясь засады. Но Лилия определенно была одна, да и по всей видимости еще не знала, что он здесь.
— Манит ночь и гонит сны.
Сожжён мир в пылу войны.
Вы стоите на краю,
Разделив одну судьбу,
И злобный рок настигает,
Ну а дьявол встречает
Вас у ворот.
Покой отриньте!
В ночи услышьте стали звон.
“Очнитесь, очнитесь!” -
Взывает голос из глубин сознанья,
Судьбы желанной вкус был утаён.
Очнитесь, очнитесь!
Враги стоят у стен, примите бой.
Очнитесь! Очнитесь!
Очнитесь! Очнитесь!
Очнитесь! Очнитесь!
Очнитесь! Очнитесь!
Очнитесь! Очнитесь!
Очнитесь! Очнитесь!
Вы стоите на краю,
Затаив дыханье.
И злобный рок настигает,
Ну а дьявол встречает.
Покой отриньте!
В ночи услышьте стали звон.
“Очнитесь, очнитесь!” -
Взывает голос из глубин сознанья,
Судьбы желанной вкус был утаён.
Очнитесь, очнитесь, очнитесь!*
Лилия вздрогнула, когда раздались аплодисменты. Короткий щелчок пальцев, инструмент исчезает, а в сторону, откуда доносится звук уже смотрит верный револьвер.
— Спокойнее Рыцарь, я лишь выражаю восхищение твоим талантом. Не знал, что у тебя есть и прекрасные музыкальные таланты.
— Никто не знал. И, надеюсь, не узнают.
Показалось или же графиня была смущена? Не важно. Гораздо любопытнее был тот факт, что стоило ей осознать, что перед ней Виктор, как она успокоилась и убрала оружие.
— Я ожидала, что ты прибудешь со свитой.
— Взаимно. Во всяком случае мне казалось, что с той троицей ты не расстаешься. И что-то мне подсказывает, что если мы сейчас не обсудим причину, по которой ко мне был отправлен изгнанник, то мирную беседу скоро нарушат твои обеспокоенные друзья.
Девушка фыркнула, уподобившись кошке, но говорить не спешила. Достала сигарету, прикурила излюбленным способом — создав файербол, не спеша подошла к чудом сохранившемуся витражу, внимательно принялась его изучать. Ангел ждал, понимая, что торопить девушку не стоит. Вдруг она все же решила принять его предложение, но стесняется сказать?
— Я не уверена, что могу назвать их всех друзьями, но мешать они нам точно не будут. Не сегодня. Вообще-то я позвала тебя потому, что у меня есть просьба.
Графиня с раздражением потерла глаза, и Виктор с удивлением заметил, что она выглядит уставшей. Насколько он смог изучить девушку, она не показывала врагу своей слабости. Никогда и никому. Вполне возможно, что и друзьям не показывала ее в полной мере. И то, что сейчас он видит это заставляет задуматься о многом.
— Все что угодно, если это в моих силах, особенно если…
— В твоих — графиня не была и не собиралась быть эталоном вежливости, по своему обыкновению прервав собеседника. — И не надо пытаться при этом ставить условия. Скажу даже больше — это в твоих интересах выполнить мою маленькую просьбу. Если конечно это не ты пытаешься вернуть эту придурошную Элиан.
Вежливая улыбка на лице ангела медленно исчезла. На короткое мгновение на нем отразилось непонимание, сменившееся горечью. И почти сразу оно стало бесстрастным, напоминая девушке ее отца. Вот только все, что она хотела, она уже увидела и сделала выводы.
— Значит действительно не ты. Проклятье! За что он так со мной? Я ведь верила…
Внезапная вспышка злости, а сразу за ней слезы — выдержка графини дала очередную трещину, вылившуюся в то, что тот, кого она считала одним из достойнейших противников видит отнюдь не железную леди, а обычную девушку, которой близкий человек нанес страшный удар. И эта открывшаяся грань Рыцаря почему-то вызывала в нем негодование.
— Лилия…
— Заткнись и слушай меня очень внимательно. Мне плевать, что ты там придумаешь для своих приближенных, но мне не нужны крупные стычки с твоими пешками недели две как минимум. У меня и так слишком мало времени. Ты оставишь Локи при себе — не хочу, чтобы в порыве злости кто-нибудь его пришиб.
Лилия со злостью вытерла слезы. Было бы идеально заставить этого ангела забыть о том, что он видел ее такой, но увы, это не в ее власти. Зато можно сыграть на таком своем состоянии, выбившим ангела из его обычного спокойствия и однозначно добиться желаемого.
