– Никак. – Он вздохнул. – Столько лет уже, а никак не привыкну. Так что, корми мужа. И себя тоже не забывай.
Осторожно стараясь не расплескать жирное варево по вышитым покрывалам. Адель кормила своего странного мужа. Серебряная посуда тонкой работы странно сочеталась с простой едой. Да и вообще, фру Бартш оказалась права. В этом замке многое было не тем, чем казалось. Некоторое время спустя девочка совсем освоилась.
– Слушай! – Сказала она, скармливая разомлевшему Райнеру кусочек молочного поросенка. – А зачем вообще было нас женить? У нас в округе все верят, что проклятие спадет, как только у пр
– Прости. – Райнер снова мигнул своими жутковатыми глазами. – Я и правда не могу сказать тебе всего. Скажем так, часть проклятия с отца с моим рождением спала. Но только часть.
– И эта часть… – Адель начала подозревать, что ей удалось нащупать важную ниточку. – Эта часть – она упала на тебя, да? Ты поэтому… такой?
Райнер кивнул. Адель вдруг стало жаль этого почти незнакомого парня. Вилфред был калекой, но он оставался человеком, внуком и наследником барона. Руки продолжали служить верой и правдой, и он мог гулять без опасности быть съеденным случайным аистом. Повинуясь порыву, девочка протянула руку и погладила лягушку по голове.
– Эй, только не надо тут носом шмыгать! – Возмутился Райнер, чуть не подавившись куском мяса. – Тут таких, желающих пожалеть, и без тебя полно. Расскажи лучше, зачем тебя вообще понесло ночью в наш лес? Границу, что ли, не заметила?
– Заметила. – Адель на миг задумалась. Жаловаться не хотелось. Но ведь барон рано или поздно и сам все расскажет сыну. Поэтому, вздохнув, она честно призналась. – Мне нужно было чудо, чтобы исцелить брата и спасти замок.
– Вот как? – Райнер лапкой показал, чтобы Адель повременила со следующим куском и уточнил. – А что не так с братом? И с замком?
– Вилфред родился вскоре после того, как погиб отец. Слишком рано. Слишком слабым. Он выжил, но если в скором времени он не встанет на ноги, после смерти деда мы можем лишиться баронства.
– Почему? Разве король не клянется защищать семьи своих вассалов в случае гибели последнего?
– Не знаю. – Адель смутилась. – Дед считает, что девицам такие премудрости ни к чему. Но Вилли сказал, дед боится, что мы потеряем земли и замок, если в означенный срок наследник барона не явится на королевскую службу.
– Глупости какие!
Адель пожала плечами, не зная, кто в этой истории прав. Деду с его сединами не откажешь в жизненном опыте. С другой стороны, у Зеленого леса наследника тоже нельзя назвать совсем уж пригодным к службе. Однако, даже спустя столько лет король уважает владения пр
Кто знает, до чего еще договорились бы молодожены. Но тут Райнер заметил, что Адель едва сдерживает зевки.
– Устала? – Заботливо поинтересовался он, аккуратно вытирая перепончатые лапы льняной салфеткой.
– Устала. – Обреченно вздохнула Адель. – И, как и раньше, не знаю, что делать дальше.
– Тогда ложись и спи. – Посоветовал молодой муж. – Раз ты не знаешь, что делать, то все равно ничего не сделаешь. А если и дальше будешь зевать на ходу, то ничего толкового и не придумаешь.
– Но, как же? – Смутилась девочка. – Прямо при тебе?
– А чего тебе бояться? – Резонно заметил Райнер, подчеркнуто внимательно разглядывая лапы на свет свечи. Кожица на перепонках была такой тоненькой, что каждый хрящик было видно напросвет.
Адель внимательно оглядела мужа и вздохнула. Действительно, чего? Не решаясь однако раздеться перед, пусть и необычным, но, тем не менее, совсем взрослым парнем, она осторожно свернулась калачиком на своей стороне постели Прямо, поверх одеяла.
Девочке показалось, что будить ее начали, стоило только закрыть глаза. «Фло-о, скажи бабушке, что я сейчас приду.» – Попросила Адель, пытаясь натянуть на себя клочок покрывала.
– Простите, молодая госпожа, но господин велел разбудить незамедлительно. – Голос фру Мейер звучал сухо, словно она тщательно скрывала обиду. Открыв глаза, Адель убедилась, что слух не подвел. Сухие губы были поджаты в тонкую линию, лицо женщины выражало неодобрение.
– Хорошо, – Адель вздохнула и села. Оглянулась в поисках зеркала, но не нашла. Поэтому попыталась распутать длинные пряди руками. – Скажите, я сейчас выйду.
– Девочка! – Теперь голос старшей горничной (или домоправительницы?) звучал строго. – Если господин барон велит явится незамедлительно, то это означает только одно – сейчас!
– Уважаемая фру Мейер! – Возмущенная таким отношением, Адель встала и, вспомнив бабушкины уроки, вздернула подбородок. – В таком тоне будете обращаться к вашим подчиненным. Скажите господину барону, что я сейчас выйду. И пришлите мне в помощь кого-нибудь потолковее. Мне надо привести себя в порядок.
– Ишь, как заговорила… – Змеей зашипела фру Мейер, но, наткнувшись на твердый взгляд Адели, не стала продолжать. Только вышла, нарочно громко хлопнув дверью.
