Демон и Ангел оказались в узком тоннеле, который привел их к деревянной постройке глубоко под землей. Из-за ее ветхих досок просачивался тусклый свет и доносились голоса. Михаил и Гатаон наблюдали за происходящим через щели дверного проема. Безликий в красном плаще и дюжина грешников окружили молодого парня и истерзанного Ангела, что стоял перед ним на коленях.
— Вырежи его сердце и познай вкус греха, — молвил безликий, вкладывая в руку еще невинного человека нож. — Сделаешь это и сможешь вернуться к настоящей жизни и обрести силу, подобную моей.
Парень неохотно взялся за нож и посмотрел на избитого до полусмерти Ангела с оторванными крыльями. Михаил невольно вспомнил Тень Голода, который был не менее беспощаден. Архангел сжал копье и приготовился вломиться в хижину, но Гатаон его остановил.
— Не вмешивайся, нужно понять, с чем мы имеем дело, — прошептал Демон. — Видишь того, в красном плаще? От него исходит больше скверны Голода, чем от всех этих грешников вместе взятых.
— Не слушай их, — бормотал израненный Ангел. — Они пытаются сбить тебя с пути, обратить в таких же чудовищ, которыми являются сами.
Парень и сам не хотел брать грех на душу, но безликий продолжал твердить о силе и требовать от него решительных действий. Когда уговоры не сработали, он перешел к угрозам.
— У тебя два варианта, — прохрипел безликий, в темноте его капюшона блеснули зеленые глаза. — Либо ты принесешь этого Ангела в жертву моему хозяину, либо я принесу в жертву вас обоих. Что выберешь, вновь умереть или получить силу?
Юноша не знал, что ему делать. Кругом монстры, Ангел, который должен был его защищать, полуживой стоит на коленях, а еще этот страх быть вновь убитым. Он пережил это однажды. Сначала сковывающий холод, а затем падение в бездонную пропасть. Парень не мог допустить этого снова, а потому занес нож для удара.
— Я не собираюсь ждать, пока моего товарища убьют! — сказал Михаил и махом крыльев выломал двери и сбил грешников с ног.
Избавившись от ножа, Архангел подхватил пока еще не совершившего преступление парня и своего товарища и поспешил вылететь наружу. Сражаться с озлобленными грешниками Гатаону пришлось в одиночку. Твари бросились на него всем скопом, но для грозного предводителя Демонов они не представляли угрозы. Поначалу он рвал грешников на части, а после жаркое пламя из его пасти обуглило их до костей, не пострадал лишь безликий. Неизвестный в красном плаще сражаться не собирался. Он сразу бросился к запасному выходу, но перед тем как уйти, своей таинственной силой обрушил в хижине потолок. Гатаон переместился на пентаграмму, что начертил снаружи, и тут же взял след беглеца. Демон взмыл в небо, отсюда было хорошо видно, как неизвестный в красном плаще выбрался наружу и, скользнув среди темных улиц, обратился мужчиной средних лет. Безликий осмотрелся по сторонам и как ним в чем не бывало зашел в ближайший дом. Не церемонясь, Демон пробил копытами крышу и напал на него. Завидев огнедышащего Демона, жильцы дома бросились врассыпную. Меч Гатаона устремился в Безликого, но не достиг своей цели, словно зацепился за что-то в воздухе. Глаза Подобия полыхнули зеленым пламенем, меж его рук образовалась молния, которая синим разрядом вышвырнула Демона наружу. Гатаон был достаточно вынослив и закален магмой, чтобы такая атака не нанесла ему вреда. По велению Безликого в Гатаона полетели кирпичи и доски, а следом за ними и здание целиком. Своими крыльями Гатаон окружил себя огненным вихрем, который обратил все эти предметы в легкий пепел. Огонь угас и Безликий потерял Демона из виду. Решив, что с противником покончено, Безликий обратился женщиной и вновь пустился наутек.
Гатаон перехватил его у следующего переулка. Массивная рука Демона схватила безликого за шею и подняла над землей.
— Все, добегался! — прорычал Демон.
Глаза женщины полыхнули зеленым огнем, цепь на поясе Гатаона ожила и словно змея принялась душить своего владельца, попутно отращивая острые шипы, которые впивались в красную кожу. Гатаон уже разгадал секрет силы безликого, а потому, игнорируя опасную цепь, когтями выколол ему глаза. Безликий завопил от боли, цепь упала на землю, а женщина в руке Гатаона обрела свой истинный облик.
Через несколько минут Гатаон бросил подобие Голода к ногам Михаила.
— Вот полюбуйся. Ничего не напоминает? — довольный уловом, спросил Гатаон.
— Черная кожа и крылья, белая маска… Ты хочешь сказать, что одолел Голода? — удивился Михаил, готовясь проткнуть мерзкую тварь.
— За глупца меня держишь?! Чтобы я, Гатаон, оставил Голода в живых?! — прорычал предводитель Демонов. — В писаниях сказано, что у Голода пасть на груди, глаза на плечах, да и он куда сильнее этой мерзкой твари. Это не Голод, но и далеко не простой грешник.
— И что ты намерен с ним делать?
— Как что? Допрашивать. Этот выродок всеми правдами и неправдами заставляет людей становиться грешниками. Уверен, он многое сможет нам рассказать о планах своего хозяина.
