Мои сограждане, никто не сможет с точностью предугадать, какие шаги придется сделать и на какие затраты или жертвы придется пойти, чтобы ликвидировать этот кризис. Но самая большая опасность сейчас состояла бы в том, чтобы не делать ничего. Дорога, которую мы выбрали, полна опасностей, но этот путь наиболее совместим с нашим характером и храбростью нашей нации и нашими обязательствами во всем мире. Стоимость свободы всегда высока, но американцы всегда были готовы платить за это. И единственное, что мы никогда не сможем сделать, – это пойти по пути сдачи позиций и капитуляции.
Наша цель состоит не в мире за счет свободы, но в мире и свободе, как в этом полушарии, так и, мы надеемся, во всем мире. И видит Бог, эта цель будет достигнута»[283].
Незадолго до выступления президента посол СССР А. Ф. Добрынин был вызван в Госдепартамент, где ему были вручены текст обращения президента к нации и соответствующая дипломатическая нота.
В тот же вечер в Москву ушла следующая шифротелеграмма резидента КГБ в Вашингтоне «Фомина»– Феклисова:
«Правительство США после двухдневного обсуждения приняло решение о введении военно-морской блокады Кубы. В своем выступлении КЕННЕДИ сослался на якобы создаваемые Советским Союзом ракетные базы на территории Кубы, на поставку им ракет и бомбардировщиков, способных нести ядерные заряды. В связи с этим президент США изложил программу своего правительства:
1. На все перевозки военного оборудования на Кубу устанавливается строгий карантин.
2. Усиление контроля за положением на Кубе и укреплением вооруженных сил.
3. Любая атака со стороны Кубы будет рассматриваться как атака со стороны СССР и вызовет соответствующие ответные действия со стороны США.
4. Эвакуация с базы Гуантанамо семей американских солдат и посылка туда подкреплений.
5. С целью обсуждения вопроса о советской угрозе странам Западного полушария немедленно провести консультации в ОАГ.
6. Потребовать срочного созыва заседания Совета Безопасности, на котором американцы намерены потребовать ликвидации вооружений наступательного типа под контролем ООН. Председатель Совета Безопасности (представитель СССР) намерен созвать заседание Совета Безопасности 23 октября.
7. Президент намерен обратиться с посланием к Н. С. Хрущеву с просьбой прекратить поставку оружия наступательного типа на Кубу и улучшить отношения между СССР и США.
Первая реакция дипломатов ООН на заявление Кеннеди сводится к тому, что США показывают себя в качестве инициатора обострения международной обстановки. При этом США преследуют цель не допустить развития кубинской революции и парализовать накануне выборов обвинения противников Кеннеди в нерешительности. Дипломаты стран – участниц НАТО недовольны односторонним решением правительства США без предварительных консультаций. Делегаты арабских стран считают, что заявление Кеннеди даст им возможность усилить борьбу с Израилем, которому американцы обязались поставить ракетное вооружение и, возможно, заявить об установленной военной блокаде Израиля.
В связи с обострением обстановки в США резидентура провела следующие меры: все сотрудники проинструктированы о соблюдении конспирации в работе с агентурой и доверительными связями; оперативный состав направлен на получение секретной информации о политике США в отношении Кубы; приняты меры к усилению охраны здания представительства и повышению бдительности советской колонии»[284].
На фоне этих напряженных событий первоначально остался почти незамеченным еще один провал ЦРУ в Москве: 10 октября 1962 г. в Москве в кабинете начальника контрразведки КГБ СССР генерал-лейтенанта Олега Михайловича Грибанова по подозрению в шпионаже в пользу США был арестован агент ЦРУ «Hero» («Герой»). Он же – полковник ГРУ Олег Пеньковский, по «прикрытию» занимавший должность заместителя начальника отдела в Государственном комитете Совета Министров СССР по координации научных исследований (ГКНТ).
Как было установлено в процессе его изучения контрразведкой, предатель начал предпринимать попытки по установлению контактов со спецслужбами Великобритании с ноября 1960 г. В конце апреля 1961 г. во время командировки в Лондон с потенциальным агентом был установлен личный контакт представителями СИС, которые привлекли к работе с предателем сотрудников ЦРУ США. (По показаниям Пеньковского, СИС представляли Грилье и Майкл, ЦРУ – Ослаф и Александер.)
И именно этот «герой» был для ЦРУ источником важной разведывательной информации о советских ракетных войсках и ракетной технике. Переданные изменником Родины материалы по ракетной технике помогли американским специалистам дешифровать аэрофотоснимки советских ракетных позиций на Кубе. Однако, вопреки широко распространенному заблуждению, Пеньковский не имел никакого отношения к передаче иностранным разведкам какой-либо информации по «стратегическому мероприятию «Анадырь».
